Онлайн книга «Виват Елисавет!»
|
Розум вышел вслед за царевной, Лесток и Шварц переглянулись. — Видно, Его Высочество неспроста пожаловали, — тихо пробормотал музыкант. — Сильную надобность имеют. И приватный интерес… Мавра Егоровна улыбнулась Алексею. — Вы служите в Преображенском полку? Алексей поклонился. — Отчего вы у нас не бываете никогда? Заезжайте непременно! У нас обычно весело. Балы, спектакли, музыкальные вечера… В гостиную вернулся Алексей Григорьевич. — Покуда Её Высочества нет, может быть, кофию подать? — Как медик не советую пить кофе после заката, — покачал головой Лесток, — способствует учащению сердцебиения и нарушению сна. — А я, господа, пока путешествовал по Китаю, приохотился к чаю. Кофий там вовсе не пьют… — Нешто нам на диких китайцев равняться? — хихикнула Мавра и велела камердинеру: — Принеси-ка нам с Алексеем Фёдоровичем кофию. Розум поманил Алексея за собой. — Пойдём, Лексей, покурим, покамест Лизы нет, она этого страсть не любит и в горницах «дымить» не дозволяет. Алексей, хоть и не курил, вышел вместе с казаком, оставаться в обществе Лестока, Шварца и особенно Мавры Егоровны отчего-то не хотелось. Розум прошёл коридором, но, вместо того чтобы выйти на крыльцо, свернул в другую сторону и вдруг открыл перед Алексеем неприметную дверцу. Они оказались в крошечной, более похожей на чулан, комнатке. Удивлённый Алексей уж открыл было рот спросить, куда и зачем они пришли, но Розум прижал к губам палец и поманил за собой. Сам подступил к противоположной стене и осторожно отворил небольшое окошечко, которое, к удивлению Алексея, вело не на улицу, а в смежное помещение. — … хочу поблагодарить Ваше Высочество за душевное отношение ко мне, — послышался совсем близко голос Елизаветы Петровны. — Ваша щедрость пришлась весьма кстати, у меня, к несчастью, много долгов. — Любезная Елисавет, это всё малость, я всегда полагал, что вы достойны гораздо большего. К сожалению, государыня пристрастно относилась к вам, и как я ни старался повлиять на неё, ничего не мог с этим поделать. Ваше Высочество — удивительная женщина, вы рождены блистать, а не прозябать в скудости и безвестности… — Вы будто сватать меня собираетесь, Ваше Высочество, — рассмеялась цесаревна. — К чему этакие мадригалы? — Вы не только красивы, но умны и проницательны, дорогая принцесса. Я действительно хочу предложить вам выйти замуж. — За кого же? — В голосе Елизаветы Петровны послышалось удивление. — За Петра Бирона, моего старшего сына. — Вы шутите, Ваше Высочество! Сыну вашему я в матери гожусь! Этакой свадьбой только народ потешать! — А ежели бы я сам к вам посватался? — Акцент в голосе курляндца сделался ещё сильнее. — Вы? — Чувствовалось, что вопрос застал Елизавету врасплох. — Мы бы образовали замечательную партию. Я дам такому бесценному алмазу, как вы, достойную оправу, а вы упрочите моё положение в обществе. И, кто знает… может, малолетний император нам и не понадобится, и на престол взойдут потомки Петра Великого! — И ваши, — подсказала Елизавета. — И мои, — ничуть не смутясь, согласился герцог. — Но Ваше Высочество, ежели память моя не лукавит, женаты? — Голос цесаревны изменился, теперь в нём звучала прохлада. — Пусть сие обстоятельство никак вас не заботит, — снисходительно отозвался Бирон. — Помех не будет… |