Книга Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность, страница 96 – Анна Орехова

Альбине дали почти максималку. Наташа понимала, что так будет, но все равно оцепенела, услышав «девять с половиной лет». Без побега назначили бы на год-полтора меньше, но и восемь — непомерно много за преступление, которого она не совершала. Любой срок в данной ситуации был бы бесчеловечным.

Тем временем ответственный за произошедшее с Альбиной уже вовсю наслаждался свободой. Вчера Наташа едва удержалась, чтобы не заявиться к нему на порог и не плюнуть в лживую, надменную физиономию. Всему свое время. У нее имелись планы относительно будущей жизни Сергея. Она рассчитывала заняться этим через пару дней — после того, как Альбина окажется в безопасности. Вот только как продержаться эти пару дней?

Временами накатывала паранойя: что, если ее обманули? Что, если развели, как наивную дуру: взяли деньги, пообещали вывезти Альбину из страны, обеспечить новые документы, а на деле сестра давным-давно лежит в какой-нибудь канаве, холодная, с остекленевшими глазами… В такие моменты помогал только алкоголь.

Вот и сейчас, сидя на диване, Наташа смотрела на экран стоящего на кофейном столике ноутбука и потягивала виски. Ее игровой персонаж, огромный волосатый орг, тоже бездействовал — застыл посреди пещеры в ожидании входящего сообщения. Справа висело окошко чата. Игра была единственным каналом связи с дядей Колей.

Его человек присматривал за Альбиной: приносил продукты и проверял, как у нее дела. По крайней мере, эту версию дядя Коля сообщил Наташе. Проверить она не могла — не знала, где поселили сестру, и не представляла, как с ней связаться.

«Никаких контактов», — настаивал дядя Коля. Наташа понимала, что так безопаснее, но в то же время сомневалась, не верила, подозревала. И пока с одного фронта нервные клетки уничтожала паранойя, со второго атаковывал страх — что, если не получится? Что, если Альбину поймают? Малейший промах мог провалить весь план Б. Последствия будут катастрофическими: Альбину почти на десять лет отправят в тюрьму. Наташу привлекут за укрывательство, но ее это мало волновало. Забота о собственной шкуре сначала отошла на второй план, потом плавно переместилась на третий, а сейчас и вовсе затерялась в тени страха и тревоги.

Зато временами на первый план во всей своей красе выходила ярость — свидетельством тому были два разбитых вдребезги стакана, осколки которых до сих пор валялись на полу. Первый стакан полетел в стену, когда Наташа вернулась домой после оглашения вердикта. Второй стал реакцией на приговор.

Сжимая в пальцах третий стакан, она вспоминала ухмылку Сергея, и только недопитый виски удерживал ее от очередного броска. Интересно, знает ли Альбина, что мужа отпустили на свободу? Сообщил ли ей человек дяди Коли эту «приятную» новость?

— Гребаный самодовольный ублюдок, — прошипела Наташа, делая глоток.

Сообщения от Скобелевой, которые ей показала Альбина, наглядно демонстрировали: Сергей не просто причастен к афере с льготными препаратами, он ее непосредственный организатор.

«Дело в том, что я нахожусь в затруднительном положении».

«И ты, моя дорогая, можешь мне помочь».

«Передай мужу, что я не отдам эти файлы следователю, если он выполнит ряд условий».

Учредительница и номинальный директор «Медлайфа» на протяжении нескольких лет собирала компромат не только на собственного мужа, но и на его закадычного дружка. Гаврилов и без ее стараний числился в списке подозреваемых, а потому пропал с радаров на следующий день после обысков в «Медлайфе». В сторону Сергея же пока никто не смотрел.