Книга Аничкина иколе, страница 68 – Евгения Якушина

— У Грымзы… То есть Раисы Тимуровны. Она её отобрала у кого-то и у себя на полке держала, – хмуро призналась Леночка.

— Та-ак! Значит, вы ещё и книгу без спроса взяли из комнаты воспитательницы. Вы, Елена Михайловна, не ведьма, а злостный нарушитель порядка! Ну, что мне с вами делать прикажете?!

Однако Леночка ни в малой степени не чувствовала себя виноватой.

— Ничего вы не понимаете! – сердито выкрикнула она. – Это всё по-настоящему! У меня получилось! Только не всё, как я желала..! Я не хотела, чтобы Архимед… Алексей Алексеевич умер, только чтобы его в школе не было, как Грымзы, которую привидение унесло… И ещё я колдовала, чтобы у Оболенской живот на балу прихватило, чтобы не зазнавалась, а в результате у её сестры корь, и бала теперь и вовсе не будет… Зато..! Зато я клад наколдовала! Вот..! Не верите?! Пойдёмте, покажу!

Леночка, словно мышонок, выскользнула в пролом и зашлёпала босыми ногами куда-то вглубь чердака. Руднев поспешил за ней.

Девочка привела его к залежам каких-то коробок, одну из которых с торжествующим видом открыла перед учителем:

— Вот! Смотрите! Настоящий клад!

Дмитрий Николаевич осветил содержимое коробки и ахнул. Среди помятого картона лежали жемчужное ожерелье, изящные золотые женские часики, браслет с изумрудами, перламутровый веер и несколько флаконов дорогих французских духов. Под всем этим виднелось что-то в кружевах и шёлковых лентах, оказавшееся женским бельём того сорта, что не позволительно надевать приличной даме.

— Убедились! – торжествовала Леночка. – Раньше этого не было, а потом я захотела веер, как у княгини Голицыной на портрете, что в парадном зале висит… И вот, наколдовала!

Леночка развернула веер и обмахнулась с неизвестно откуда взявшимся жеманством. Дмитрий Николаевич забрал у девочки веер, положил в коробку и закрыл её.

— Елена Михайловна, вы ещё про привидение говорили, которое Раису Тимуровну унесло, – сказал он очень серьёзно, чем несказанно порадовал Леночку, торжествующую от мысли, что теперь-то неверующий Дмитрий Николаевич убедился в её колдовской силе. – Вам придётся мне про это подробно рассказать. Но сперва пойдёмте вниз. Нужно объявить, что вы нашлись и что с вами всё в порядке.

Спустя полчаса суматоха в Аничкиной иколе утихла.

Леночка, обречённо ожидавшая наказания, сидела в гостиной начальницы пансиона под надзором Волжиной и Беловой, а Руднев в это время спорил с Опросиной в директорском кабинете.

Перед тем Дмитрий Николаевич успел перекинуться парой слов с Белецким, кратко рассказав ему о Леночкином кладе и велев ещё раз аккуратно обшарить весь Голицынский дворец, но теперь уже с целью попытаться выяснить, кто мог оставить следы в зимнем саду. Таинственный визитёр скорее всего был кем-то не из школы, поскольку среди учителей не было мужчин подходящего роста, а прислуга имела возможность проходить черным ходом, куда более неприметным, чем зимний сад. Кроме личности неизвестного оставался также и вопрос с туфелькой, приобретающий в свете находки на чердаке особенную остроту.

Оставшись один на один с Рудневым, директриса первым делом гневно спросила, что у того с лицом и как он смеет показываться в школе в таком виде.

— Юлия Павловна, вам не угодить! – съязвил Дмитрий Николаевич в ответ. – То вы говорите, что моя внешность слишком привлекательна, теперь же вас возмущает моя непрезентабельность.