Книга Трофей из преисподней, страница 59 – Александр Тамоников

Неизвестно, есть ли еще немцы на дороге возле спуска в балку, но рисковать не стоит. И Коган запрыгнул в бронетранспортер, уселся на водительское кресло и завел мотор. Рывок — и машина, лязгая гусеницами, пошла вперед по дороге на подъем. Никого! Тогда, прибавив газу, Коган повел свой трофей в степь подальше от дороги. Он остановился через двадцать минут возле оврага. Там он свалил тела мертвых врагов, проверил, заряжен ли и готов ли к бою пулемет, и положил возле себя на сиденье немецкий автомат. Теперь можно и догонять немцев, которые увозили геолога в сторону Миллерово. И очень повезло Борису, что он спустя какое-то время остановился и поднялся наверх на борт, чтобы осмотреться. И тогда он услышал звуки боя, различив характерный стрекот очередей из ППШ. Сомнений не было — это свои отбиваются от фашистов. И Коган снова уселся за руль и погнал бронетранспортер на звуки боя.

— Ну что, Аристарх Максимович, поговорим честно и откровенно? — спросил Буторин, когда оперативники загнали бронетранспортер под ивы на берегу озерца и разожгли костер, на котором теперь грелась тушенка в открытых банках.

— Вы, наверное, обо мне все знаете, — поднял Витольд глаза, в которых было больше муки, чем страха. — И вы сюда прибыли, чтобы именно меня найти?

— Видите ли, профессор, — вставил Коган, — наша работа, наша служба состоит в том, чтобы защищать Родину. И здесь мы потому, что в стране идет война, враг рвется к Волге и Кавказу. Потому, что гибнут мирные граждане нашей страны на оккупированной гитлеровцами территории, гибнут солдаты, защищая Родину. Вы, конечно, можете представлять себя всем, чем угодно, хоть пупом земли, но целью войны, сражения быть не можете. Цель, а точнее, причина того, что мы сюда прибыли — предательство, в результате которого враг получил от вас интересующие его сведения, документы, карты, схемы. Вот что главное. А вы это сделали или дядя Вася, который копал вам шурфы за Уралом, это не самое главное. Кстати, Леня, который копал вам шурфы, погиб от рук диверсантов, но Родины не предал.

— Да не предавал я, не предавал! — вдруг нервно воскликнул Витольд. — Что вы все про предательство, про Родину. Да, я передал немцам кое-какие схемы, сведения, но они бесполезны. А передал я, находясь в безвыходной ситуации, мне важно было спасти мою семью, не допустить ее невинной гибели. Они угрожали мне смертью семьи, тем, что убьют жену и дочь, которые остались в Риге. Я передал кое-что, а потом решил спрятаться, сделать вид, что где-то погиб или еще что-то. Это было бы для моей семьи не так опасно. Не было бы смысла немцам мстить моей семье. Ее бы оставили в покое.

— А потом тетка Матрена вам показала записку, которую для вас оставил у нее солдат, возвращавшийся после госпиталя, — напомнил Коган. — Так?

Витольд с недоумением уставился на оперативника, потом опустил голову и тихо ответил:

— Да. Значит, вы и у нее были.

— Были, Аристарх Максимович, — подтвердил Коган. — И она рассказала, как вы переживали, узнав, что семья не в Риге, а все же успела перебраться в Ленинград. Но и там не легче. Но, по крайней мере, ваша семья не в руках фашистов. И все же почему вы считаете, что передали немцам бесполезные сведения?

— Да потому что гипсовый пласт в районе Сталинграда истощен, он не представляет уже промышленного значения для страны. Эти сведения ничего Гитлеру не дадут.