Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 5 – Ли Льеж

Выполни эти условия до конца 1900 года, моя дорогая племянница, и моё состояние станет твоим. Всё совсем несложно, не так ли?..

Ах да, есть ещё один момент, о котором я не успела сказать. За выполнением условий, изложенных в моём завещании, будет следить один человек — специально назначенное мною лицо. Скоро ты с ним познакомишься. Отнесись к нему добрее, милая: именно ему предстоит решать, насколько точно соблюдены все пункты нашего договора и может ли наследство перейти в твои руки.

Должна также заметить, что денежное содержание, которое я предоставляла тебе в течение десяти лет с момента смерти твоих бедных родителей, будет поступать вплоть до конца текущего года. А затем произойдёт одна из двух вещей: либо ты унаследуешь всё моё состояние, либо… но я не верю, что ты сможешь пренебречь моей волей. Я не сомневаюсь, что из одного только уважения к родственнице, которая помнила о тебе всю твою жизнь, ты сделаешь всё возможное, чтобы продолжить мою работу.

Теперь я вынуждена попрощаться — доктор опять принёс какие-то пилюли, от которых никакого толку. Остаюсь искренне любящая тебя

Миллисента Саммерфорд

Эмилия вынуждена была несколько раз прерывать чтение, чтобы проморгаться. Смысл послания дошёл до неё далеко не сразу. Казалось, что это дружеское письмо было адресовано какой-то другой молодой леди, не имеющей ни малейшего отношения к настоящей Эмилии Лестер, но её имя и имя отправителя не были ни подделаны, ни перепутаны. Леди Миллисента Саммерфорд, миллионерша и благотворительница, действительно написала то, что хотела написать, и возложила сумасбродную миссию на свою племянницу, думая, что та справится с ней как нельзя лучше.

Беда в том, что мысли о правах женщин, изложенные в письме, были настолько же далеки от нашей Эмилии, как мысли о бедственном положении каких-нибудь африканских зулусов.

— Ээээ… ммм… — растерянно просипела Эмилия, — а что такое суфражизм?

Мистер Уорвик в ответ явственно скривился.

— Это такое политическое течение, которое поддерживают сумасш… экстравагантные женщины, мечтающие овладеть мужскими профессиями и голосовать на выборах.

— Голосовать на выборах? Работать с мужчинами? — Эмилия ощутила глубочайшее недоумение. — Но зачем⁈

— Вот и я этого не понимаю, — адвокат развёл руками. — К счастью, вы, Эмилия, здравомыслящая современная девушка и не интересуетесь всей этой чепухой.

Насчёт собственного здравомыслия Эмилия могла бы поспорить, но она была настолько ошеломлена, что даже не заметила комплимента.

— Но, — пробормотала она, — если я не выполню условия завещания и не создам этот… Клуб Прогрессивных Женщин, то я лишусь всех прав на наследство тёти?

Мистер Уорвик вздохнул.

— К сожалению, это так.

— А… — Эмилия по-прежнему пыталась собраться с мыслями, — если я лишусь наследства, то на что же я буду жить?..

— Ну, денежное содержание сохранится за вами до конца текущего года, — напомнил адвокат, — а потом…

Он хотел сказать, что потом Эмилия потеряет дом и прислугу, потому что не сможет платить Марте жалование и выплачивать налог с имущества. Перспективы вырисовывались отнюдь не радужные, но Эмилия вдруг повеселела.

— До конца года! — воскликнула она. — Так это же совершенно меняет дело!

— Да? — удивился поверенный.

— Ну конечно! Я всё равно не доживу до конца года, мистер Уорвик. Не о чем беспокоиться.