Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 82 – Юлия Зимина

Рвет?!

В моей голове словно вспыхнула яркая, праздничная лампочка. Пазл мгновенно сложился. Отравление исключено, молодая здоровая женщина, задержка цикла, и теперь вот — острая утренняя тошнота!

«Твою же маковку! — мысленно возликовала я, едва сдерживая рвущуюся наружу улыбку. — Да это же токсикоз! Беременна! Получилось!»

— Аэлина! Любовь моя! Впусти меня! — Олден тут же кинулся к двери, яростно дергая медную ручку, но изнутри было надежно заперто на засов.

Из-за двери снова послышался мучительный, сдавленный звук рвотного позыва и тяжкий стон императрицы.

— Уйди, пожалуйста, Олден… — донесся ее стон. — Не нужно… слушать…

— Отойдите, ваше величество, — решительно произнесла я, подходя к императору и отодвигая его от двери. — А еще лучше — покиньте покои.

— Что?! — Олден сверкнул зелеными глазами, нависая надо мной. — Я никуда не уйду и не оставлю ее!

«Да что ж такое-то?! Ну не хочет она, чтобы ты слышал, как ее выворачивает наизнанку!»

— Я ее лечащий врач! — произнесла я тихо. А после, призвав всю свою стойкость, угрожающе шагнула к правителю, наступая на него с таким авторитетом, словно он был нашкодившим интерном. — И если вы сейчас же не освободите помещение и не дадите мне спокойно с ней поговорить, то сделаете только хуже! Мне здесь паникующие мужья под дверью не нужны!

Ух, какая я бесстрашная! Аж гордость взяла!

Император стиснул челюсти, упрямо прищурился, явно не собираясь подчиняться.

Тогда я, не теряя больше ни секунды, бросила очень красноречивый, многозначительный взгляд на Ксандра, который всё это время напряженной скалой возвышался позади Олдена.

Командир мгновенно всё понял. Он шагнул вперед и решительно, не обращая внимания на субординацию, сгреб растерянного, сопротивляющегося императора.

— Идемте, ваше величество. Оставим их, — твердо сказал Ксандр.

Он буквально утянул правителя за собой в коридор, плотно закрыв тяжелые двери покоев и не забыв прихватить Олдену обувь. Правитель ведь босой во двор выскочил.

Убедившись, что мужчины ушли, я подошла к двери купальни и мягко постучала костяшками пальцев по дереву.

— Ваше величество, — ласково позвала я. — Мужчины ушли. Мы здесь совершенно одни. Откройте, пожалуйста. Это я. Нерия.

За дверью на несколько секунд повисла тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами. Затем щеколда с легким лязгом отодвинулась, и дверь приоткрылась.

Я быстро юркнула внутрь и заперла замок обратно.

Аэлина сидела на мраморном полу, прижавшись спиной к холодному краю пустой купели. Она была бледна как полотно, волосы растрепались и прилипли к потному лбу. Императрица обнимала руками серебряный таз и безостановочно, горько рыдала, вздрагивая всем телом.

— Ваше величество, — мягко произнесла я, опускаясь рядом с ней на колени и забирая из ее ослабевших рук таз. Я достала чистый платок и осторожно вытерла ее мокрое, бледное лицо. — Ну-ка, посмотрите на меня.

— Нерия… — прошептала она полным боли и отчаяния голосом. — Я… меня отравили? Опять. Я чувствую… меня всю выворачивает наизнанку. Это конец?

— Так, а теперь давай без паники и строго по фактам, — я профессиональным жестом взяла ее за запястье, нащупывая пульс. Частый, но ровный, сильный. — Никто вас не травил. Я за этим слежу лично. Живот тянет? Резкие, спазмирующие боли внизу есть?