Книга Лунный камень Сатапура, страница 97 – Суджата Масси

— Я ни о чем таком не слышала.

— Подобные захваты на нашем субконтиненте происходили уже не раз. Собственно, таким образом англичане получили половину территорий.

— В этом вы правы. — Первин могла бы напомнить про военное вмешательство, про то, как землевладельцев силой заставляли подарить или продать англичанам свою собственность, но негоже человеку, работающему на англичан, пусть и временно, вести такие разговоры. Нужно помнить о профессионализме. — Я вам очень благодарна за то, что вы нашли время со мной побеседовать. Вы сильно мне помогли.

— А вы смелая, что приехали сюда одна, — произнес он покровительственно. — Интересно, что может женщина-поверенный сделать, если она одна в независимом княжестве и рядом никого из ваших людей?

Это напоминало угрозу. Первин посмотрела на князя в упор, думая, что вряд ли сможет спастись, если он решит ее уничтожить. Казалось бы, он должен бояться отмщения англичан, но, с другой стороны, она всегда может заболеть или стать жертвой несчастного случая. Первин сглотнула, отгоняя страх.

— Будучи представительницей государственного аппарата, я ощущаю себя под столь же надежной защитой, что и вице-король. А вот что до безопасности махараджи, я не испытываю подобной уверенности. Я сегодня видела, как он с дворцовым шутом бегает по крыше. Это очень опасно!

— Но на крыше так здорово пускать воздушных змеев! — с озорной улыбкой объявил князь Сваруп.

Первин поняла, почему Дживе Рао так нравится дядя. Она и сама не удержалась от улыбки, а потом посмотрела вдаль: две крупные белые птицы покружили над деревьями и опустились на траву в саду.

— Стервятники?

Князь встал и отошел в сторону посмотреть на птиц — они что-то клевали.

— Да, белые стервятники у нас обычное дело. Не смотрите на них. Отвратительное зрелище.

Было поздно: Первин подошла совсем близко и успела увидеть, что трупоеды опустились у куста туберозы, того самого, куда утром она выбросила похе. Они энергично клевали труп серой обезьянки: та лежала на спине, раскинув сведенные судорогой руки, будто в параличе. Расширенные зрачки уставились в пустоту.

Князь Сваруп кликнул слугу, чтобы тот унес трупик, Первин же вернулась к столу. Ее подташнивало и от вида стервятников, и от мысли о том, что еда, которую она утром выбросила под куст, стала причиной гибели обезьянки, еще утром так весело резвившейся в саду.

Подошел, зажимая рот ладонью, князь Сваруп. Глухим голосом произнес:

— Ну и вонь. Бедолагу перед смертью вывернуло наизнанку.

— То есть вы видели содержимое его желудка? — уточнила Первин.

Он кивнул и опустился на стул, будто тело у него ломило.

Она решила, чем смотреть самой, поверить ему на слово. Вспомнила, как слуга настаивал, чтобы она попробовала местный деликатес. Решила, что нужно этого слугу вычислить.

— Вы знаете всех, кто работаете во дворце?

— Разумеется. Кто-то из них здесь с самого моего детства, другие — дети таких слуг.

— Меня сегодня утром обслуживал молодой человек с очень круглым лицом. Вчера вечером я его не видела среди тех, кто подавал нам за ужином.

Князь бросил на нее испытующий взгляд.

— А вы вчера ужинали в новом дворце или в старом?

— В старом. — Она почувствовала, что обливается потом, потому что в голову пришла новая мысль: ее тошнит от ужаса или потому, что она все-таки проглотила яд?