Книга Лунный камень Сатапура, страница 96 – Суджата Масси

Своеобразные представления об отношениях Колина с княжеством.

— Не больно-то вы любите англичан.

— Они нас тоже. Мы для них — избалованные карапузы. — Эти слова князь Сваруп произнес с грустной полуулыбкой.

Первин подумала: его, наверное, часто унижали. Она слышала, что махараджи покупают себе полные гаражи «мерседесов» и «роллс-ройсов», чтобы доказать, что они богаче англичан, которые над ними надзирают.

Она была уверена, что в английской школе махараджа Джива Рао столкнется с грубостью со стороны других учеников. С другой стороны, он сможет завести дружбу и научиться общению — а это пойдет ему на пользу. Кроме того, в хорошей школе он получит разностороннее либеральное образование. Ведь и она сама полностью прониклась идеями освободительного движения только после учебы в Англии.

Первин могла бы об этом заговорить, вот только сомневалась, что князю близка идея независимости Индии — ведь это положит конец существованию отдельных княжеств. Как бы он там ни ворчал по поводу спящего медведя.

— У меня нет доступа к бухгалтерским книгам, но не исключено, что активов вашей семьи хватит на то, чтобы, не повышая налогов, профинансировать определенные начинания. В княжестве есть дворцы, которые не используются?

— Разумеется. Кроме того, у нас есть особняк в Лондоне и несколько объектов недвижимости в Пуне и Бомбее. Но, продав их, мы потеряем лицо.

Он не хочет расставаться с недвижимостью, да оно и логично: такое важное и дорогостоящее решение должно дождаться решения будущего махараджи, истинного правителя. Но кто знает, какая ситуация сложится через восемь лет?

— А можем мы подробнее поговорить про махараджу? Вы заметили перемены в его настроении и поведении после гибели его брата?

— Разумеется. Вся семья очень горевала. Это естественно.

Он смотрел на нее как на какую-то безголовую, и она наконец приняла решение бросить ему вызов.

— Я слышала, что вы были на охоте, во время которой погиб Пратап Рао.

— Да, и считаю себя виновным в его гибели, — произнес он мрачно.

— В каком смысле? — быстро спросила Первин. А что, если она сейчас услышит признание?

— Он настоял на том, чтобы взять охотничий пистолет и опередить остальных. — Пальцы князя Сварупа беспокойно задвигались по краю стола, как будто воспоминание это было ему неприятно. — Врачи определили, что он упал и был оглушен — возможно, ударился головой о поваленное дерево. Поэтому и не отвечал на наш зов. Хищник же прельстился его беззащитностью.

Первин вспомнила слова Мирабаи о том, что ей эта смерть подозрительна. Почему у князя Сварупа, который был на месте, не возникло тех же сомнений?

Возможно потому, что причиной так называемого несчастного случая был он сам.

Пытаясь не выдавать своих опасений, Первин спросила:

— А потом… на следующий день… это вы его нашли?

Он глянул на нее испытующе.

— Вам о ком поручено думать — о князе, которого уже нет в живых, или о том, который вскорости займет престол? — Она промолчала, и он добавил: — Известно ли вам, что, если англичане решат, что в княжестве, оставшемся без правителя, наблюдаются разброд или коррупция, они имеют право забрать его себе?

Возможно, в наступление он перешел из страха, что она его подозревает. На деле никаких улик против него не было. Первин вдохнула поглубже и заговорила более мягким тоном: