Книга Принц в Бомбее, страница 166 – Суджата Масси

Телефон в доме у Элис звонил и звонил – Говинд отнюдь не сразу снял трубку.

— До сих пор не вернулась? – Первин опешила. Восемь вечера, а Элис собиралась быть дома к пяти. – Она все еще в колледже?

— Да, – ответил дворецкий. – Она мне звонила, сказала, что все проверяет работы.

Первин вспомнила человека, перемахнувшего через ограду колледжа, и ей вдруг стало страшно за Элис.

— А Сирджит тоже там?

— Разумеется.

Первин вспомнила, что только что видела рядом с колледжем. Ни одной припаркованной машины, во всех окнах темно. Либо Элис где-то в другом месте, либо уже в пути домой.

— Передайте ей, пожалуйста, что я направляюсь в клинику сэра Джи-Джи, проведать Хушру Кападию. Он там на лечении. Состояние тяжелое, нам обязательно нужно вечером поговорить по телефону.

— Разумеется, мисс Мистри. – В голосе Говинда звучало сочувствие. – Ни о чем не беспокойтесь.

Первин положила трубку, и тут Мустафа вежливо откашлялся:

— Как я уже сказал, вам принесли телеграмму. Через двадцать минут после вашего отъезда в полицейский участок.

— Надеюсь, никаких дурных новостей.

Первин вскрыла конверт, достала из него листок желтоватой бумаги. Несколько раз перечитала отпечатанные слова, чтобы убедиться, что все поняла правильно.

БЫЛ ОТЕЛЕ СПЕНТА УЗНАЛ ЧТО НАВАЛ НОЧЕВАЛ ТАМ ЧЕТВЕРГ ТЧК ОБЪЯСНЮ ПОДРОБНЕЕ Когда БУДЕТ ДОСТУП ТЕЛЕФОНУ ТЧК НЕИЗМЕННЫМИ КОЛИН САНДРИНГЕМ ТЧК

Похоже, Колин сделала именно то, что она ему предложила, но во что слабо верила: привез принца Эдуарда в обычную индийскую гостиницу. И неведомым образом выяснил, что именно там Навал и провел ночь.

— От кого телеграмма? – Мустафа только что не заглядывал ей через плечо. – У вас клиент в другом городе, или это от родственника?

— Ни то ни другое. Я бы сказала… от осведомителя. Зовут его Колин Сандрингем. Если он завтра позвонит, пока я буду консультировать клиентов, могу я вас попросить подойти к двери и уведомить меня?

— Разумеется. Сочту это своим долгом. – Мустафа прижал ладонь к сердцу. – Только давайте поторопимся, чтобы успеть обратно до возвращения вашего отца.

Когда они уселись в «Даймлер», Первин вдруг задумалась о том, почему столь многими людьми движет чувство долга. Она бы, например, не простила себе, если бы не разузнала во всех подробностях, какие тревоги одолевали Френи перед гибелью.

Ни Френи, ни Хушру не могли простить себе гибели Дария Каттингмастера. Митан и Фирдош Каттингмастеры сожалели о том, что отправили Френи учиться в колледж. Динеш винил себя в том, что предложил Френи спрятаться в разных помещениях. И даже мистер Атертон считал, что колледж должен Каттингмастерам денег.

Человек, совершивший преступление, потом зачастую об этом жалеет. Но может, в данном случае преступник – именно тот, кто не выказывает никакого чувства вины?

— Опять он. – Голос Армана вернул ее к действительности.

— Что именно?

— Я заметил «Роллс-ройс», когда мы выезжали с Брюс-стрит.

Первин обернулась, вгляделась в следовавшую за ними машину.

— Какие-то богачи решили покататься на ночь глядя, – продолжал Арман. – Вот только странно, что они выехали за пределы Европейского квартала.

— Машина может принадлежать какому-нибудь махарадже, а может – высокопоставленному чиновнику, – сказала Первин.