Книга Принц в Бомбее, страница 112 – Суджата Масси

— Ведь высокий джентльмен с большими усами – комиссар бомбейской полиции? – припомнила Первин.

— Да, совершенно логично, что мистер Фишер сопровождает сегодня принца на ленч. Пойдем поздороваемся с ним. Я тебя представлю, а ты, прежде чем уйти, скажи ему несколько любезных фраз.

Лавируя между столами, улыбаясь и здороваясь со знакомыми, Первин с отцом начали пробираться вперед. Когда они подобрались к чиновникам, нервы у Первин уже были натянуты до предела. Ей не очень понравилось выражение лица мистера Фишера – натянутое, недружелюбное. А тут еще один из собеседников, до того стоявший к ним спиной, обернулся, и она тут же поняла, что именно его видела за главным столом и он же неучтиво выставил ее из Вудберна: мистер Мортимер, глава службы охраны принца.

Первин вежливо кивнула и вслед за отцом поздоровалась с мистером Фишером.

Колин успел ей сообщить, что мистер Мортимер сопровождал принца на скачках в Пуне, но заводить об этом речь она не собиралась. По скованной позе отца она поняла: тот тоже припомнил этот факт.

— Добрый день, мистер Фишер, – наконец произнес Джамшеджи. – Прекрасный ленч, не так ли?

— Вполне достойный. – Комиссар не потрудился отвести в сторону свою сигару, которая дымила им прямо в лицо. А потом обратился к своим спутникам: – Мистри – поверенный, у него собственная практика на Брюс-стрит.

— На самом деле я собираюсь изменить название нашей фирмы на «Мистри и Мистри». – Джамшеджи коротко улыбнулся Первин. – Моя дочь Первин тоже поверенный. Она работает у меня всего год, но уже провела около ста дел, и я подумываю о том, чтобы сделать ее своим партнером.

Первин впервые об этом слышала и очень бы обрадовалась, вот только мистер Мортимер не сводил с нее своего ледяного взгляда.

— Поздравляю вас, мисс Мистри, – проговорил комиссар. – Мои сотрудники донесли, что вы вчера выступали в суде коронера.

— Да, я представляю интересы семьи погибшей.

Брови мистера Фишера поползли вверх.

— А я и не знал, что женщинам-юристам позволено выступать в суде. Разве не существует официального запрета?

Сердце у Первин дрогнуло от возмущения.

— Единственный суд, в котором существует дискриминация в отношении женщин-юристов, – это Верховный суд Бомбея.

Вместо того чтобы ответить, комиссар Фишер испытующе посмотрел на ее отца:

— Мистер Мистри, вы продолжаете представлять интересы Каттингмастеров?

Джамшеджи пожал плечами:

— Пока не могу ответить. Родители удовлетворены вердиктом коронера. А мы очень признательны коронеру за то, что он провел дознание оперативно, после чего началась траурная церемония.

— Вы знаете, где ваша дочь находилась в пятницу? – спросил Мортимер у Джамшеджи.

Первин тут же ощетинилась – мог бы напрямую задать этот вопрос ей.

— В пятницу? – Джамшеджи поскреб подбородок. – Мы позавтракали в ресторане «Таджа», потом в десять тридцать вместе вернулись к себе в номер, около одиннадцати уехали в суд коронера. Потом у нас были раздельные встречи. А почему вы спрашиваете?

— В суде вы были в субботу, не в пятницу, сэр, – отрывисто произнес Мортимер. – Я вас там видел.

— В пятницу мы тоже туда ездили, выяснять, на какое время назначено дознание. – Голос Джамшеджи звучал сухо.

— Полагаю, там не осталось официальных записей о вашем визите? – Мортимер посмотрел на Фишера. – Как работает этот суд? Там ведут учет посетителей?