Книга Хозяйка дома Бхатия, страница 103 – Суджата Масси

Первин вспомнила, что дала Говинду Чавде свою карточку.

— Возможно, это был брат Сунанды!

— Брат? – Мустафа поскреб бороду, размышляя. – Да. Видимо, поэтому он и назвал ее по имени.

— Рада, что вы замечаете такие подробности! – похвалила Мустафу Первин. – Если выяснится, что это действительно Говинд, я знаю, где его искать в Кальбадеви. Наверное, у него сегодня выходной, вот он и пришел.

— Вам не кажется, что слишком уж приметной вы окажетесь в Кальбадеви? Вы же потому Джаянта и посылали. – Мустафа озабоченно наморщил лоб.

— Тогда мы вели поиски наобум, – пояснила Первин. – Не переживайте. Я точно знаю, куда еду, – мы с Арманом там уже были.

— Только пусть Арман сопровождает вас повсюду, – настойчиво посоветовал Мустафа. – Не хочу я потом объясняться с вашим отцом, почему у него пропала дочь.

Всего за десять минут они переместились из тихого Форта в шумный хаос Кальбадеви. Сегодня почти у всех женщин в руках были корзины, жены дергали мужей за рукав и указывали, что им нужно купить на придорожных лотках. Дети выскакивали из домов и убегали обратно, у тех, кому повезло, в руках были шарики и кулечки с орехами. На небольшой полянке перед фабрикой Бхатия молодые мужчины и мальчишки играли в крикет.

— Сюда? – Арман с неуверенным видом остановился на перекрестке.

Первин и сама толком не знала, поэтому вышла из машины, неловко подобрав подол сари, чтобы он не волочился по пыли. Прошла по нескольким переулкам, пока кто-то наконец не опознал имя Говинда и не показал направления к его жилищу. Она села обратно в машину, и Арман довез ее туда же, куда и накануне, – дальше по узкой улице было не проехать.

— Мустафа велел мне ходить с вами повсюду.

— Хорошо.

Первин подошла к лачуге, Арман следовал за ней. Заглянула внутрь – в комнате прибрано, но пусто.

— Говинд, наверное, еще на работе, – сказал сосед, обитатель соседней хибарки, когда они подошли к нему с расспросами.

— На работе в воскресенье? – удивилась Первин. – А где Амла с детьми?

— Домой уехали.

Если они уехали обратно в Гуджарат – значит ли это, что с ними уехала и Сунанда? Маловероятно, если вспомнить поведение Амлы. Может, поэтому Говинд к ней и приходил.

Единственное, что пришло в голову Первин, – съездить на фабрику Бхатия. Арман, повинуясь ее указаниям, отвез ее к складам, где работники толкали туда-сюда тачки, груженные камнем.

Дедуля Мистри часто водил Растома и Первин посмотреть, как его работники облицовывают камнем стены будущих городских зданий. Но он был подрядчиком, не производителем, так что процесс производства каменных плит Первин видела впервые. Она раньше воображала себе каменоломни среди живописных гор, крестьян, дробящих скальные выступы на отдельные валуны, чтобы другие доставили их по крутым склонам и бездорожью к поездам и судам. На аккуратных плитах, из которых складывали величественные фасады Мистри-Хауса, Верховного суда и Бомбейского университета, не видно было человеческих страданий. Сейчас Первин увидела, сколько в этой работе боли.

Через некоторое время она увидела среди других работников Говинда – он, надрываясь, вкатил во двор тачку, наполненную крупными камнями. Разгружали ее другие. Четверо работников ушли, каждый в своем темпе, а Говинд покатил пустую тачку обратно.