Книга Доля вероятности, страница 137 – Ребекка Яррос

— Уходи, Иза.

— Дай нам пять минут, — ответила она и посмотрела на отца.

Его лицо слегка смягчилось.

— Хорошо, пять минут. Но не забудь, о чем мы договорились.

Он бросил на меня испепеляющий взгляд и скрылся в квартире. Иззи осталась стоять на пороге.

— Рада, что ты жи… — Она не договорила, внимательно посмотрела на меня, вышла в коридор и закрыла за собой дверь. — Нейт? — Мое имя она произнесла таким тоном, будто сомневалась, что перед ней в самом деле я. Впрочем, я и сам сомневался.

Я пожирал ее пустым безжизненным взглядом. Она была моим смыслом жизни, солнцем, которое могло согреть, а могло испепелить.

Она была всем. И так было всегда.

Я с трудом облек мысли в связную речь.

— Я все спланировал, — выпалил я. — За шесть часов за рулем успеешь продумать каждое слово.

— Ты ехал шесть часов? — Иззи нахмурилась.

— А что еще мне было делать? — Проклятье, мысли путались. — Но вот я здесь, твой отец говорит, что ты переезжаешь, а ты смотришь так, будто вообще не хочешь меня видеть…

— Ты меня бросил! — выпалила она полным обиды голосом. — Нет, хуже — ты не приехал! Я два дня торчала на Палау, прежде чем поняла, что ты не приедешь. Зачем ты так со мной? Ты же единственный человек, который никогда меня… — Она глубоко вздохнула. — Что стряслось? Я звонила. Писала. Я…

— Я пытаюсь объяснить.

Я не мог подобрать слова. То, что я собирался сказать, было гораздо важнее пропущенного отпуска, и если не получится подобрать нужные слова, идеальные слова, значит все зря.

— Хорошо. Объясняй. — Она вздрогнула и обняла себя руками.

— Я просто… у меня мысли путаются, что удивительно, ведь в нашем подразделении у меня репутация самого хладнокровного, а сейчас я в таком состоянии, что ты, наверное, выгонишь меня, даже не выслушав… Прямо как Пирсона выгнали на второй неделе, хотя он отлично ориентировался на местности, но, как только командир начал его допрашивать, почему тот сделал так, а не иначе, он стушевался, и это было его ошибкой…

— Нейт, я ни слова не понимаю. — Иззи покачала головой.

У меня вырвался истерический смешок.

— Конечно, не понимаешь, я несу бессмыслицу. Но я уже не знаю, что говорить, по крайней мере сегодня. Сегодня я похоронил Джулиана. Можно мне нести бессмыслицу в день похорон лучшего друга? Или я должен держать себя в руках и притворяться, что не видел, как его мать рыдает в переднем ряду?

— Господи, Нейт. — Лицо Иззи вытянулось, она шагнула ко мне, но я попятился.

— Не надо. Если ты ко мне прикоснешься, я точно не смогу держать себя в руках, а мне, как видишь, и так это с трудом удается. — Я провел ладонью по мокрому от дождя лицу, стирая влагу. — И знаешь, что хуже всего? Мы никогда не называли его Джулианом. Мы всегда звали его по фамилии. А его мать повторяла его имя, плакала, и теперь я не могу думать ни о чем другом.

— Что случилось? — спросила она смягчившимся тоном. — Ты поэтому не приехал? Из-за смерти Джулиана?

— Палау. М-да. — Я кивнул, пытаясь сосредоточиться. Мне надо выбрать тактику. А ей — наш дальнейший путь. Мне бы только обрести почву под ногами, и тогда я смогу жить дальше.

Никогда в жизни я не ощущал такого смятения.

— Палау, — медленно повторила Иззи, и я встрепенулся.

— Я должен был приехать. — Я кивнул, будто отвечая на бесконечном допросе, который никак не прекращался. — Даты были подобраны идеально, словно их выбирала сама судьба. Словно сама жизнь все за нас спланировала.