Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 76 – Алекс Ривер

— Не трогай ее! — крикнул он. Голос сорвался, но прозвучало это так, что Кассиан замер, так и не опустив руку.

Я смотрела на этих троих — вжавшего голову в плечи Оскара, побелевшую, но стоящую рядом со мной Лилли и Тобиаса, который заслонял меня собой, хотя сам едва доставал Кассиану до плеча, — и чувствовала, как внутри закипает что-то горячее и очень опасное.

— Ах вы щенки! — Кассиан опомнился первым. Его рука, занесенная для удара, дернулась, но он все же опустил ее. — Это что за представление? А ну марш в свои комнаты!

— Не пойдем, — Тобиас говорил тихо, но твердо. — Ты ее не тронешь.

— Я твой отец! — рявкнул Кассиан. — Ты не смеешь мне перечить!

— Ты мне не отец, — Тобиас даже не повысил голос. — Ты… ты даже не мужчина! Мужчина не дерется с женщинами. Ты никто!

Кассиан побагровел. Он шагнул к Тобиасу, схватил его за плечо, рванул на себя. Я дернулась вперед, но мальчик вывернулся сам — ловко, по-кошачьи, и отскочил, оказавшись рядом с сестрой и братом.

— Убери от меня руки! — крикнул он. А потом добавил, видимо, для собственного успокоения: — Я тебя не боюсь.

— Не боишься? — Кассиан расхохотался, но смех вышел злым, надтреснутым. — А зря. Вы все должны меня бояться. Я вас кормил, одевал, я дал вам крышу над головой! А вы? Вы с этой... этой... падшей женщиной сговорились — он ткнул в меня пальцем, — против отца? Щенки!

— Ты нас не кормил, — вдруг подала голос Лилли. Тихо, почти шепотом, но в наступившей тишине ее услышали все. — Ты уехал, а мы голодали. Лора нас кормила. Лора нам праздник сделала, и одевала нас она.

У нее задрожал подбородок, но она не заплакала. Только сжала мою руку крепче.

Кассиан смотрел на них, и я видела, как в его глазах что-то меняется. Злость уступала место чему-то другому — холодному, расчетливому. Он оглядел нас всех — троих детей, сбившихся в кучу, меня за их спинами, и вдруг усмехнулся.

— Какая трогательная сцена, — процедил он. — Прямо семья, да? Только вот по закону вы — мои. Все трое. А ты, — он перевел взгляд на меня, — даже не имеешь права голоса. Ты им никто. Развод подписан, ты сама это сделала. Так что собирайте манатки, детишки. Мы едем в столицу. Я так сказал, и вы должны мне подчиняться!

— Нет, — сказала я.

Он проигнорировал. Шагнул к детям, схватил Оскара за руку. Мальчик испуганно вскрикнул, попытался вырваться, но Кассиан держал крепко.

— Пусти! — Тобиас бросился к нему, повис на руке, пытаясь отцепить его пальцы от брата. — Пусти, гад!

— Ах ты... — Кассиан отшвырнул его. Тобиас ударился спиной о книжный шкаф, охнул и сполз на пол.

Лилли закричала. Оскар заплакал в голос, дергаясь в руках у Кассиана. А я... я смотрела на все это и чувствовала, как в голове становится пусто и звонко, а в душе закипает целый вулкан гнева.

— Отпусти ребенка, — сказала я, шагнув вперед.

Кассиан обернулся, и я увидела, как его рука нырнула за пазуху. А когда вынырнула — в ней блеснул металл.

Пистолет! Небольшой, изящный, явно дорогой — и направленный прямо на меня. Я лихорадочно соображала, может ли Кассиан и правда кого-то убить. Но, как назло, в затуманенных воспоминаниях Лоры этой информации не было. Да, он был слизняком, мелочным и себялюбивым, но никогда не знаешь, на что способны такие шакалы, пока не станет слишком поздно.