Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 71 – Алекс Ривер

— Лора, — сказал он. — Дорогая женушка! Что же ты не встречаешь мужа на крыльце?

— Не ждала, — коротко и холодно откликнулась я.

— Это заметно. — Он подошел ближе, и от него пахнуло дорогим парфюмом. — Что за вид? Ты похожа на прислугу.

— А ты похож на человека, которому плевать, как выживала его семья, пока он развлекался в столице. Зачем приехал?

Он усмехнулся, но как-то криво.

— Соскучился. Решил проведать семью.

— Врешь. Говори прямо.

Он удивленно приподнял бровь и осмотрел меня как будто заново.

— А ты изменилась. Поправилась, загорела. И язык острее стал.

— Жизнь заставила, — хмыкнула я. — Но ты не ответил.

Он махнул рукой — жест, который я помнила по обрывкам памяти Лоры: пренебрежительный, собственнический.

— После. Я все обязательно тебе объясню после, дорогая женушка. А где же наши малютки?

Меня передернуло. Так и хотелось сказать: «Какие они тебе «наши», придурок?», но Даниэль просил вести себя благоразумно, чтобы не испортить его план, и я промолчала. Вернее, ответила совсем другое:

— Они уже спят.

— Спят? — он ухмыльнулся. — В такую рань? Нет, так не пойдет! Папочка старался, вез им подарки из самой столицы, а они даже не вышли меня встретить. Неблагодарные щенки!

В этот момент на лестнице показался Оскар. Ускользнул, видимо, от Тобиаса и теперь стоял, вцепившись в перила, и глядя на Кассиана во все глаза.

Кассиан уставился на него. В его взгляде не было ни тепла, ни интереса. Только холодный расчет.

— Ааа! Малыш Оскар, — сказал он с наигранным добродушием. — Поди к папочке! У меня для тебя подарок есть.

Естественно, вместо того, чтобы подойти к «папочке», Оскар, сбежав с лестницы, спрятался за меня.

— Фу, как не по-мужски, — скривился Кассиан. — прятаться за женскую юбку. Ладно поговорим об этом потом… когда-нибудь.

Сверху раздались осторожные шаги. Тобиас и Лилли остановились на середине лестницы. Тобиас — с каменным лицом, Лилли — бледная, сжавшаяся. Они встали позади меня, и я вдруг остро ощутила, что мы — одна команда. Против него.

— Явился? — спросил Тобиас тихо, но с такой ненавистью, что лицо у Кассиана вытянулось.

— Язык придержи, щенок, — огрызнулся он. — Я все еще твой отец.

— Ты никогда не был моим отцом!

Кассиан шагнул к нему, но я загородила Тобиаса.

— Кажется, ты приехал по делу. Не думаю, что ты собирался обсуждать его с детьми.

Он остановился, посмотрел на меня долгим, заинтересованным взглядом.

— Ладно. Их нужно научить манерам, но с этим разберемся потом. Я ведь и впрямь приехал не ссориться. — Он развернулся, подошел к поклаже, которую принес в дом, когда заходил. — Вот, держите. Гостинцы из самой столицы!

Он поставил корзину перед нами и откинул ткань. Внутри лежали младенческая погремушка с потускневшим колокольчиком, маленькие кружевные перчатки для девочки лет четырех, коробка оловянных солдатиков, пузырек каких-то явно грошовых духов и несколько свертков с едой из трактира, дешевой и уже остывшей.

Я посмотрела на эти «дары» и мне захотелось рассмеяться. Погремушка для пятилетнего Оскара, перчатки, которые Лилли бы разве что на нос налезли, и солдатики, судя по всему, для Тобиаса, который смотрел на детские игрушки свысока, предпочитая им книги? Он серьезно? Отец года просто! Духи, видимо, предназначались для прежней, непритязательной Лоры. И еда, которую он притащил, как подачку, будто мы здесь подыхали с голоду без него.