Книга Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2, страница 41 – Мартиша Риш

— Сиятельная, держитесь, — шепчет маг.

А я не могу! Мне больно! Так больно, как не может быть. И даже шаги дочери ничего не решают. Она уже девочка взрослая, стерпит. Да и пусть знает, как оно бывает, может, это сбережет мою малышку от ее собственных потерь. Пусть она лучше никому не доверяет, чем влипнет так глупо и глубоко, как я!

— Мой муж, он… Я не могу так!

Оскар стал более мела, над нижней губой проступили два длинных клыка.

— Дорогая, все бывает, так получилось, — сипит вампир.

Маг благо его не видит. Нужно еще больше увлечь парня моим выступлением, чтоб только он ничего не заметил, только не увидел бы он эти клыки. Оскар провел языком по губе, вытаращил глаза, испугался.

— Ты мне изменил!

— Я не успел, — заикается Оскар.

— И это все, что ты хочешь мне сказать?

Магия поднимается волной из груди, выливается в мой сильный преподавательский голос, расцветает вспышками прекрасных иллюзий. Они здесь повсюду.

Оскар, Ваня — все одно. Виноваты передо мной оба. Да и обидно мне до дрожи, что вампир предпочел мне невинную, совсем юную красотку. К тому же еще и попался! Да, я понимаю, все, что нас связывает, иначе, чем сделкой не назовешь. Но почему мне тогда так противно и горько? Или он не целовать ее собирался, а отпить глоток крови точно так же, как и у меня? Все равно, обидно.

— А что еще я должен сказать? — несмело взывает Оскар. И за его спиной я вижу очертания тени — черной, опасной.

— Да ты передо мной на колени должен упасть, вымаливать прощение!

— Сиятельная, — запинается маг, норовит занять место между мною и мужем, — Не стоит. Я уверен, все можно решить иначе, мирным путём. Закон будет на вашей стороне, если что-то случится, но можно хотя бы не при мне?

— Есть закон, позволяющий наказать неверного мужа?

— Магия сердца неподвластна разгневанной женщине и уж тем более ведьме. Вы можете даже проклясть. Случайно, само собой. Ратуша будет на вашей стороне. Все мы маги, но дар ведьмы — ее естество, он не всегда повинуется воле.

— Оскар, ты попался. Представляешь, что я могу натворить? — прошипела я.

— Я каюсь.

У моего мужа-красавца дернулся на шее кадык, лицо приобрело сероватый оттенок, а клыки заострились еще сильней, смяли нижнюю губу. Только бы маг этого не заметил, только бы не обернулся сейчас. Чем еще его можно отвлечь? Что придумать⁈ Как увести мужа? Что мне еще ему сказать, чтобы он бросился вон спасаться бегством, чтоб не вызвать сегодня еще подозрений? Тень за его спиной разрослась сильней, напоминает мне теперь печать проклятия. Может, я ошибаюсь, но от нее словно бы несет холодом. Вон и коронер поежился, ссутулился, весь сжался. Серебряная птичка, приколотая к капюшону его мантии, дернулась от этого движения, будто бы ожила. Или мне опять кажется?

— Ты плохо каешься! Неискренне!

— Мне нужно упасть на колени? — озадаченно спросил муж. Коронер начал медленно оборачиваться. Только не это.

— Да иди ты к бесу!

Тень за спиной мужа пошла рябью. Коронер теперь на меня вытаращил глаза. Большие-большие, как у золотой рыбки, вон и рот так же приоткрыл. Ну почему Оскар сейчас не догадается сбежать? Он же умный, а дверь вон она — рядом. Протяни руку, и беда минует. Может, ему намекнуть?

— Именно к бесу вместе со всеми седлами, с морковкой и что там еще есть на конюшнях из мелочей?