Книга Избранница сильнейшего мага, страница 41 – Екатерина Политова

Внезапно перед глазами всплыло воспоминание — черное зеркало в столице, которого я коснулась, чтобы понять свою силу. Тогда я впервые почувствовала её настоящую свободу. Сегодня было то же самое.

— Неужели получилось, — прошептала я сама себе.

Я сделала ещё одно движение, и вихрь стал танцевать вокруг меня, поднимая снежные хлопья в воздух. Они кружились так легко, как будто были частью моей магии.

Я засмеялась, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую.

Когда я посмотрела на Адама, он всё ещё стоял на месте. Его взгляд оставался сосредоточенным, но не отстраненным. Теперь я видела, как в его глазах мелькала тень более теплых чувств, отличных от того, что я видела обычно. Не привычная строгость, не холодное спокойствие, а что-то другое. Не то напряжение, которое обычно было в его фигуре, когда он внимательно следил за моими действиями. Он смотрел на меня, как будто видел что-то, что красивое.

Я улыбнулась, чувствуя себя свободной, как никогда. Как же я была счастлива в этот момент! Магия стала моей, просто немного практики и я стану лучшим магом! У меня всё получится! У меня, наконец-то, всё получится!

Белый вихрь поднимался вверх, сияя магическим светом. Я разгоняла его всё сильней и сильней, пытаясь добраться до собственных магических границ и казалось, будто их не было. Это пьянило, это захватывало!

— Аннабель, — раздался сдержанный голос Адама.

Я продолжала, не желая останавливаться. Вихрь становился всё сильнее, магия текла так плавно, так легко, что я больше не хотела её отпускать. Я хотела использовать всё.

— Аннабель, ты увлеклась. Остановись, или это сделаю я, — голос ректора стал громче, но я была слишком увлечена.

Я не обернулась, не услышала, не хотела слышать. Я поднимала вихрь всё выше, позволяя ему раскидывать снег вокруг, трепать деревья и кусты, я хотела добраться выше и мне показалось, как зашевелились облака в вечернем небе.

Я ощущала невероятную силу и свободу, но внезапно потоки стали тяжелее, как будто что-то изменилось. И вдруг всё замерло.

В этот момент появилась тьма. Моя магия ослабла. Потоки воздуха, ещё мгновение назад такие сильные, начали затихать, словно прислушиваясь не только ко мне. Это случилось так быстро,  что я не успела осознать.

Внезапно сильные руки обхватили меня сзади. Пальцы Адама крепко сомкнулись на моих запястьях. Теплое дыхание коснулось уха, а его голос, низкий и спокойный, прозвучал так близко, что я едва удержалась, чтобы не вздрогнуть:

— Я попросил тебя остановиться.

Я замерла, чувствуя его горячее дыхание, которое касалось моего виска, и его хватку, которая не позволяла мне дергаться.

Густой, тяжелый, вязкий поток стихии тьмы начинал обвиваться вокруг моей магии, притягивая её и подавляя.

Руки Адама всё ещё удерживали мои запястья.

— Я позвал тебя трижды, Аннабель.

Потоки воздуха над нами рассеялись, и снежинки плавно оседали на землю. И момент моего детского восторга таял вместе с ними, разбитый строгостью ректора фон Кирса.

Он отпустил меня, и окружащий нас холод тут же проник через ткань пальто.

— Простите, — сказала я тихо, потупив взгляд. — Я увлеклась… я не слышала вас. Это моя ошибка. Я очень сожалею. Но… почему вы меня остановили? — я подняла на него глаза. — Неужели из-за вашей тьмы?