Онлайн книга «Путь наложницы: перезагрузка»
|
Перед глазами вспыхнуло знакомое уведомление интерфейса: «Вы согласны взять на себя обещание перед принцем Жэнь Хэ? Да / Нет / Обговорить условия» Я поспешно ткнула «обговорить условия», но как можно предусмотреть всё? — Жэнь Хэ, — я попыталась говорить мягко, — Если тебе действительно понадобится моя помощь, я не откажу. Он упрямо качнул головой. — Тогда дай обещание выполнить мою просьбу. — Но тогда ты сможешь попросить… что угодно! — Возмутилась я. — Я не могу согласиться вслепую. — Не вслепую, — перебил он ровно. — Я ставлю границы: я не буду просить поцелуев, близости, брака. Я сглотнула, не отводя взгляда. — Но всё остальное? А если ты попросишь меня кого-то убить? Умереть самой? — Я не буду просить ничего, что физически навредит тебе и кому-либо еще. Так тебя устроит? Перед глазами снова вспыхнуло уведомление: «Вы согласны взять на себя обещание перед принцем Жэнь Хэ?» Только теперь вариантов ответа было всего два: «да» или «нет». Я поколебалась, но все нажала кнопку, одновременно с этим выдохнув: — Нет. Прости, Жэнь Хэ, но я не могу давать таких обещаний. Конечно, я доверяла Жэнь Хэ, несмотря на все свои обиды. Он был мне дорог, я не боялась обратиться к нему за помощью, даже в самом щекотливом вопросе, таком как лотосы. Понимала его боль и — отчасти — даже не осуждала за его желание мстить. С таким прошлым — оно оправдано. Но… будем честны, третий принц тот ещё интриган! Да он такие схемы сплетает, в которых запутаешься и не заметишь. Пообещаешь ему необдуманно — а потом окажешься в такой жо… передряге, что мама, не горюй. Поэтому — нет, я не могу согласиться. Это было бы огромной ошибкой с моей стороны. Его лицо застыло, в глазах мелькнула боль. — Не можешь дать обещания даже без любви? — голос сорвался на горький смешок. — Настолько меня презираешь? Никчёмный третий… не достойный даже словесной клятвы. — Жэнь Хэ, не говори так, — поспешно прошептала я, но он будто и не слышал. — Почему бы не сказать правду? — он шагнул назад, опустив взгляд. — Я прожил всю жизнь с этим осознанием. Я был лишним сыном в холодном дворце, мальчишкой, которому нельзя было ни смеяться, ни плакать вслух. Для отца я позор. Для братьев — тень. И, выходит, даже для тебя… — он горько усмехнулся, — я недостоин простого «да». Даже обещания. Даже надежды. — Это не так! — я сделала шаг к нему, голос сорвался от тревоги. — Я просто не хочу соглашаться на что-то вслепую… — Вслепую? — он резко вскинул голову, и в его глазах вспыхнула боль. — Разве я когда-нибудь просил у тебя больше, чем ты могла дать? Я протянула руку, коснулась его локтя. — Жэнь Хэ, ты не прав… Он не обернулся. — Нет, Ми Лань. Я слишком хорошо знаю, кем я был и кем остался. Он поднял руку, и только тогда я заметила тонкую повязку на запястье — она ослабла и почти сползла. Я машинально схватила его за ладонь, и ткань легко сдернулась. Под ней открылись шрамы: старые, давно побелевшие, и совсем свежие, ещё красные, болезненно резавшие взгляд. Я замерла, не веря своим глазам. Сердце болезненно сжалось. — Жэнь Хэ… — Там, где мои пальцы коснулись его кожи тотчас выступили алые капли и потянулись вниз. — Ты… ты режешь себя? Зачем? Видимо, во всех мирах люди, которым слишком больно внутри, и они ранят себя снаружи. Не от желания умереть, а чтобы хоть как-то справиться с тем, что разрывает душу. В моем настоящем такое было. Неужели и здесь, в игровом? Неужели и он — тоже…? |