Книга Хозяйка Северных гор 3, страница 56 – Адель Хайд

Элеонора взглянула на мужчин. Она видела, что Генриху её идея нравится. Ведь это сразу открывает возможности для того, чтобы войти в Уэльс. Нет больше никакого сдерживания со стороны церкви, закончилось паломничество.

Они уже обсудили с Генрихом, что поход против Шотландии сейчас, когда король Алан к этому готов, да и заключил военный союз с Данией, которая пока раздираема внутренними конфликтами, но в случае нападения сможет выделить не меньше тысячи воинов, опасен для армии.

Поэтому всеми силами изображали, что стянутые к границе с Шотландией войска стоят и в любой момент могут вторгнуться, не давая Алану задуматься, почему они этого не сделали до сих пор.

И никто пока не знает, что Элеонора и Генрих ведут тайные переговоры с валлийскими баронами, и часть из них подтвердила, что, если леди Маргарет не вернётся, то они будут готовы принять покровительство Англии, при условии того, что король будет валлийцем. Золото и власть любят все.

При разговоре присутствовал граф Вермандуа, и он выразил сомнение:

— Но церковь потребует доказательство, а не просто, «там болезнь, и поэтому леди не вернётся»

— Будет им доказательство, — сказала Элеонора, загадочно улыбнувшись.

Маргарет

— Я не справляюсь, сайида, — сказал Джаббир, — он уходит, надо быть готовыми, что он не доживёт до утра.

Я вскочила, сон сразу как рукой сняло.

«Не позволю! Не отдам!»

Почему-то вдруг мне стало очень важно, чтобы именно этот мальчик выжил. Мне вдруг показалось, что, если выживет он, то и вся эта страшная болезнь отступит.

И я сменила Джаббира, не знаю менялись ли монахи, мы все были словно тени, в специально пошитых плотных балахонах, с травяными повязками на лице.

Я почти не отходила от ребёнка, даже, когда через пару часов пришёл Джаббир, я не ушла, выходила только по надобности и сменить повязку.

За ночь, ещё несколько раз обтирали мальчика водой с уксусом и обрабатывали вскрытые бубоны. Новые не назревали, но и не твердели и это давало мне надежду.

К сожалению, у нас с Джаббиром так и не вышло получить антибиотик из плесени, я подозревала, что просто не знаю какие-то этапы, а Джаббиру просто не хватило времени.

Но параллельно мы разработали несколько составов, у нас была настойка зверобоя, по нашей просьбе монахи подготовили свежего для получения свежих отваров, всё это мы чередовали. Приходилось дозировать, потому что чрезмерные дозы лекарственных трав могли вызвать и отравление, и аллергическую реакцию. Но, судя по всему, мы всё делали правильно, потому что, когда взошло солнце Андроник был всё ещё жив.

Но радоваться было рано, болезнь могла временно отступить, а потом вернуться вновь, и мы с Джаббиром продолжали нашу борьбу.

Вечером, глядя на то, как Джаббир пошатываясь идёт спать, я решила не будить его. Даже у «железного» Джаббира есть предел.

А под утро, когда меня саму уже тошнило от усталости, я вдруг поняла, что не слышу хриплого дыхания маленького пациента. И я испугалась, всё это время мне не было страшно до него дотрагиваться, а тут вдруг я испугалась.

И, я, неловко дёрнувшись, погасила свечу, теперь свет давали только факелы, а их не поднесёшь к лицу ребёнка.

Я вскочила, чтобы зажечь свечу, и вдруг услышала, слабый голос. Я обернулась на нашего «летописца», он, утомившись привалился к стене и уже около часа, наверное, спал. И вдруг снова, я всё же зажгла свечу и склонилась над мальчиком. Глаза его были открыты, и он что-то говорил. Даже не понимая языка, я поняла, что он просит пить.