Книга Пламя ада, страница 57 – Кармен Мола

— Нам нужны лишь иголка с ниткой, чтобы зашить его раны, – возразил Мауро.

— Нельзя вылечить то, чем занимаются духи Пало Майомбе.

— Я не собираюсь выслушивать твои бредни. Почему это вообще произошло? Это ты убедил их танцевать безумное мани́?

— Мне нужна могильная земля.

Колдун опустился на колени рядом с Эмилиано, положил руку ему на лоб и забормотал на своем наречии, не обращая внимания на Мауро.

— Делай как он говорит… – прошептал Эмилиано, и Томасиньо выбежал из комнаты: он уже знал, что кладбище находилось за бараками.

Там был похоронен не только Галеа, но и многие другие рабы, погибшие за эти годы.

Несмотря на увечья, Эмилиано слегка приподнялся и прислонился головой к стене. Последние лучи заходящего солнца проникали в комнату сквозь маленькое окно. Улыбка раненого была похожа на улыбку грустного клоуна: его глаза начали опухать, скулы побагровели. Он приоткрыл рот, обнажив окровавленные зубы.

— От мани́ нельзя отказаться. Если тебя выберут, ты должен танцевать…

— Вы называете это безумие танцем?

— Рамирес пришел за мной. – Эмилиано замолчал, будто ждал момента, чтобы сердце вновь забилось и вернуло его к жизни. – Бидаче нужны сильные негры для плантации, и он хочет свести Рамиреса с Росаной. Они хотят от меня избавиться.

Из его глаз хлынули слезы, которые он сдерживал во время боя, несмотря на боль от ударов. Мауро понял: все это было сделано ради того, чтобы Эмилиано не смог увидеться вечером с Росаной в магазине испанца, чтобы помнил свое место – место раба.

— Я больше этого не вынесу, Мауро. – Эмилиано обмяк, как ребенок, который впервые осознал предел своих возможностей. Вскоре вернулся Томасиньо с могильной землей. Колдун плюнул на нее и нанес на раны Эмилиано. – Мне нужно выбраться отсюда. Я уйду в горы, стану беглым рабом, а когда обзаведусь своим жильем, заберу Росану.

Значит, не все рабы на «Магнолии» смирились со своей судьбой, не все принимали новую реальность. Мауро слышал о тех, кто спасается бегством и скрывается в самых труднодоступных районах гор, в пещерах или паленке, деревнях беглых рабов, вдали от пристального взора управляющих вроде Бидаче.

— Мы сбежим, Эмилиано, – пообещал Мауро.

— Примерно год назад несколько конго пытались это сделать. Их убили еще до того, как они добрались до подножия горы, – предупредил их Колдун.

— Мне нужна еще пара дней, – сказал Мауро. – Думаю, я знаю, что можно сделать.

Он давно думал о возможном побеге и хорошо изучил распорядок дня Бидаче, Рамиреса и остальных надсмотрщиков. Приметил он и места, где можно укрыться, придумал, как выиграть немного времени, чтобы их не настигла погоня.

Арсенио Боада воспользовался первой же возможностью, чтобы подсесть к Амалии и Леонор в кафе «Лувр». Девушки были рады его компании, поскольку утомились от бесконечного хихиканья Терезы Баньолес, которая без удержу восхваляла своего мужа, Олосагу. Она ни на минуту не прекращала восхищаться его достижениями, хорошими отношениями с метрополией, а также количеством товаров и пассажиров, прибывающих на его кораблях из Испании.

— Без нас дела на этом острове шли бы совсем не так бойко!

— Никто в этом не сомневается, донья Тереза. Уверен, вскоре в честь Олосаги в этом городе назовут улицу или площадь. Он это заслужил. – После комплимента Боада перестал улыбаться, наклонился и что-то шепнул на ухо сеньоре Баньолес. Она тут же извинилась и с нервной улыбкой покинула их стол.