Книга Болотное предание, страница 185 – Ольга Лопатина

Дальше в песне пошла речь о том, как коварная служительница бога Волоса обернулась красной девицей и прокралась на ложе сластолюбивого правителя, который изгнал свою суложь и назвал змеищу женой. Но редко торжествует Велес над Перуном, близится час их решающей битвы, когда скотий бог убежит в чащу, поражённый гневом громовержца и его храброго служителя. Делать выводы из прошлых ошибок — это не про Оленя. Словно хочет примерить венец мученика удалой старец. Или, — тут худенькое личико Милавы с мелкими, но приятными взгляду чертами омрачилось, — чувствует противный певец, как он дорог князю, вот и бахвалится своей безнаказанностью старый вертопрах.

Отношение Милавы к Яронегу ощутимо переменилось. В самом начале она была глупой и наивной девицей, поверившей в нежные чувства обольстителя. Чувства, которые тогда были притворными. Мечтал охотник утянуть оленуху в капкан, но сам оказался опутан силками чёрных, как непроглядная ночь, волос. Длинные, прямые волосы и нездешний разрез светло-серых глаз — вот единственное, что указывало на чужеземное происхождение княжеской возлюбленной. Возможно, поэтому мать так и не сумела полюбить единственную дочь. Но хазарская кровь дала о себе знать, когда Милава возмечтала вступить в варяжский хирд, повидать белый свет и сражаться наравне с мужчинами. Любовь к битвам и странствиям в крови у диких кочевников. Сушко ещё посмеивался над дочкой, когда та ему рассказала о мечтах ребячливых. Эх, надо было не слушать коварного, как Локи, родителя не искать его расположения, а сбежать с варягами за море. Коса-то у Милавы тогда как раз была отрезана. Не стерпела своевольная хазаренка помыкания да обид, кои ей постоянно чинила чванливая и капризная Осинка. Но где теперь Осинка, и где Милава. То-то и оно. Не видав вечера и хвалиться нечего. Воевода Долеслав отказался от своей сельской лады. Неглупый посадник сразу выгоду почуял, когда Милава предложила ему породниться со своей сестрой. Пусть невеста — дочь лиходея и смутьяна Сушко, но рода хорошего, матушка её была водимой женой боярина, а приданое дают за ней нехилое. Да и княжеским родичем стать честь великая. Является Милава не только княжеской наложницей, но и матерью единственного ребёнка князя Яронега. А там, кто знает, что может случиться… Возможно, сам Долеслав будет править Златокаменском от лица маленькой Мечиславы. А таких как Осинка в каждом селении по десятку. Больше Долеслав и не вспоминал о полюбовнице былой. Было и было, он её не приневолил, а быль молодцу не укор. Посадник не боялся, что муж захочет сорвать злость и ревность на бесправной женщине. Сама виновата, надо было мужа ждать, а не хвостом вертеть.

Теперь же Милава испытывала к Яронегу почти материнскую нежность. Если на первых порах он казался ей таким значительным, взрослым, понимающим и любящим, то затем их роли поменялись на противоположные. Так зима сменяет лето, а сумерки — рассвет. Яронег так и остался большим ребёнком, который позволял собой управлять, если вожжи были натянуты слабо. Он пугался напора супруги, но с большим интересом слушал тактичные советы Милавы и… Велислава. Милава училась на ошибках своей соперницы ненавистной. Так уж повелось, что Яронега-то она ни в чём не винила. По мнению Милавы, во всех его ошибках и промахах были виноваты окружающие люди, но никак не сам князь. А вот на ошибках Гордеславы она училась, делая зарубки на стволе воображаемого дерева. Гордеслава была красавицей, Милава — разумницей. Все девицы мечтают о красоте, а надо стараться нажить ума и хитрости. Гордеслава, словно лихие люди, шла напролом и пыталась, образно говоря, взломать дверь. Милава же со всей осторожностью подбирала ключик к сердцу своего любого. Гордеслава топала ногами, затевала свары, а когда Яронег порою шёл на уступки, радовалась, как глуздырь, которому на торжище купили леденцы.