Книга Болотное предание, страница 18 – Ольга Лопатина

Позже, сидя на крыльце избы, под лучами холодного златорогого месяца, Велислав поведал Оленю обо всех подробностях. Кудесник не сомневался, что это происки боярина Сушко, который сговорился со своим бывшим лекарем и решил подложить под князя чернокосую Осинку. Подозревал волхв, что тут не обошлось без любовной ворожбы. Теперь Сушко, как никогда, в чести, а Уголёк возвысился несказанно. На плече Велислава всё это время сидел его ручной ворон. Некоторые волхвы обрезали крылья своим птицам, но у Велислава рука не поднялась бы на верного друга. Даже кошки, вначале зло шипевшие на чужака пернатого, в конце концов успокоились. Многие животные похожи на хозяев, вот и ворон Дар был также мудр и спокоен как его хозяин. Для Велислава эта птица была истинным подарком Доли.

Олень в свою очередь рассказал всё, что знал о Величане. По мере рассказа Велислав хмурил свои тонкие чёрные брови. Волосы у него по оттенку были похожи на оперение его пернатого друга, а вот глаза своим цветом напоминали чистую воду реки Итиль.

— Яронег говорил, что ты знаком с узелковым письмом. Возможно мы могли бы сообщать друг другу важные сведения.

— Какие сведения в этой глуши?

— Кто знает? Ведьма Величана давно точит зубы на родную весь. К тому же скоро вся ваша семья будет звана на брачный пир князя. Какие-никакие родичи.

— С моей рукой как раз узлы вязать.

— Об этом не беспокойся, — произнёс Велислав, коснувшись левой руки гусляра. Отныне ты будешь пользоваться левой рукой как правой. А узлы тебе поможет вязать твоя названая внучка. Я смотрю, она девочка сообразительная и не слишком болтливая.

Олень несколько лет пытался приучить себя работать левой рукой, но выходило не очень хорошо. И вот всего одним касанием этот странный кудесник изменил его жизнь. Конечно, он никогда не сможет играть на гуслях, но он больше не будет обузой и сможет помогать по хозяйству.

— Ты постепенно приучай руку к работе. Больно-то её не труди, — с улыбкой напутствовал юный волхв осчастливленного гусляра, — а княжич сам на гуслях играет, когда его никто не видит и не слышит.

— Какой смысл тогда играть? — спросил Олень, но на его губах заиграла счастливая улыбка. В один день весь избавилась от угрозы, Олень узнал, что его помнят и получил возможность работать левой рукой. Он смотрел на этого молодого, энергичного человека как на божество. Не раз Олень с восхищением глядел, как Беломил вырезает из дерева, а затем с помощью самодельных красителей вдыхает в изваяния жизнь. Он делал краски из сажи, яичного желтка и червей. Теперь же Велислав, используя краски радости, здоровья и любви, принёс счастье в жизнь Оленя. До этого он просто доживал свои дни, а теперь вернулся к жизни.

— Как какой? — удивился волхв. — Когда мы остаёмся одни, княжич походит на скомороха, сорвавшего личину притворства. Только со мной он может предаваться своим воспоминаниям и лелеять планы. Когда он берёт гусли яровчатые, то эта мелодия печальна, как плач кикиморы. Он тоскует по прежним временам, по тому мальчику, который был счастлив, по своему другу. И только от нас зависит вернуть то время.

Тут Велислав улыбнулся, но его улыбка больше походила на оскал хищного зверя. И всё же, когда на следующее утро волхвы покидали весь, он оглянулся назад, ощутив какое-то непонятное сожаление и томление. Рядом с Золотыми камнями была густая дубрава, переходящая в тёмный лес, богатый на грибы, ягоды, пушного зверя. Здесь было просто и спокойно. Как же легко дышалось вдали от опасностей, интриг и предательства.