Книга Столетний, страница 120 – Даша Бунтина

— И что пришлось мне сделать, когда ты не справился?

В зале стояла тишина.

— Вы сами приехали в провинцию. – Дэниел сглотнул, вспоминая тот ужас, что предстал пред его взором на эшафоте.

— Верно, а сколько со мной было офицеров? – Голос Столетнего стелился по ногам, опутывал руки и одурманивал. Дэниел знал, что его магия еще жива. И именно из-за страха он возглавляет Долину. И лишь Дэниел и Оракул знают страшную правду о том, почему Столетний живет веками.

— Сколько? Я задал вопрос!

— Ни одного, – выдавил Дэниел, пряча глаза.

— А сколько офицеров угробил ты?

Дэниел ощутил холод и заметил, как охранник, что сидел слева, прячет выпученные от ужаса глаза в пол.

— Две тысячи.

— Так вот ты, дорогой, не смог подавить бунт, и мне пришлось уничтожить десятую часть Долины. Помни об этом, когда пойдешь подавлять восстания в Чжан.

Столетний махнул рукой, но Дэниел заметил, что рука вновь стала дряхлой и затряслась. А еще ему показалось, что Столетний сжался и уменьшился в росте.

Оракул склонилась и пошла следом. Альбард вел их из зала, мягко шелестя шелковой обувью.

— Ах да, Дэниел, для мотивации: если не подавишь восстание и не принесешь мне головы заговорщиков, можешь не возвращаться. Ну и еще, я ее собственными руками задушу, все равно надоела. Стареть начала, а так, может, какая новая симпатичная девчонка объявится.

Оракул продолжила идти как ни в чем не бывало, но перед тем, как Альбард закрыл двери, произнесла:

— И тогда Столетний не узнает, от чего ему суждено умереть.

За закрытыми золотыми дверьми раздался крик, и что-то с грохотом полетело на пол.

Дэниел в ужасе посмотрел на Оракула, и отчего-то ему показалось, что сейчас под накидкой сияет улыбка все той же соседской девчонки.

У золотой статуи собрался отряд Дэниела. Когда привели жеребца, он обернулся к воротам, за которыми стояла Дороти. Она протянула руку, и Дэниел, невзирая на то, что все увидят, подошел и схватил ее. Второй раз в жизни она коснулась его.

Дороти вздохнула, и Дэниел услышал, что она плачет.

— Я того не стою, – произнес он. Как ему хотелось сломать прутья, схватить эту измученную девушку и бежать с ней куда глаза глядят. Но бежать им было некуда. Пределы Долины, как и ее время, ограничены.

— Спасибо тебе за все, когда увидишь его… – Дороти поднесла руку к губам, останавливая слова.

— Я все сделаю, любимая. – Слезы щипали глаза Дэниела, и он прикрыл их рукой. Отблеск показался на высоте Дома Совершенства, и Дэниел знал, что это мантия Столетнего.

Когда Дэниел проезжал по провинции Эндов, он смотрел на пустые улицы, высокие дома, увитые цветами. Статуи, фонтаны. Смотрел на все, кроме людей. Потому что их просто не было. Отделенные золотыми заборами, они прятались от этого мира в надежде, что, как Столетний, будут жить вечно. Но магия вдали от источника не живет. Поэтому, как бы ни убеждал себя клан Эндов, Столетний был последним Богом, как он именовал себя сам. Даже его тщедушная жена, которая верила, что родит сына или хотя бы передаст часть этой магии детям, все поняла, когда умер их первый ребенок. Столетний был последним Богом для провинции Эндов, но не для Долины.

Дэниел улыбнулся своим мыслям и пустил коня во весь опор. Впереди его ждал долгий путь. Но к этому он шел всю жизнь.