Книга Столетний, страница 11 – Даша Бунтина

— Ну, не с нефритовыми, а с мраморными, – усмехнулась Тар. – Разница в том, что это будет мой выбор, понимаешь? Мой! Я сама решу… уезжать мне или нет. Увижу мир за пределами наших рисовых полей и выберусь из нищеты.

Тин молча посмотрела на подругу и опустила взгляд на свои ноги. Это ноги, которые целый день стояли по колено в воде.

— Тин, пожалуйста, пошли со мной… – Тар взглянула на нее с мольбой. – Мне так важно, чтобы ты была рядом. А то вдруг что-то случится и меня будет некому защитить…

Самый большой страх Тин был связан именно с этим – что Тар могут обидеть.

— Засранка… – Тин улыбнулась. – Умеешь ты разжалобить! Ладно, дай мне время собраться.

— Да! – Тар вскрикнула от радости. – Давай быстрее! Там еще и Тжи сегодня.

Сердце Тин сжалось.

— Тжи, – повторила она тихо. Что-то теплое и колючее одновременно шевельнулось у нее в груди.

Тин вошла в дом и обернулась. Тар вновь достала мундштук и, закурив, стала задумчиво разглядывать фарфоровую чашу. Тин нахмурилась. Ей не понравилось, как долго и упорно Тар скрывала истинную причину своего приглашения. Что-то не так с этим таинственным клиентом. И Тин решила сама во всем разобраться.

Дом Развлечений, или Бао, как его назвали все, стоял еще со времен прапрабабушки Тин. Тор, его владелец, получив лицензию в восемнадцать лет, владел этим заведением и пользовался в Тэнси почти таким же уважением, как и следователь – с той лишь разницей, что первого любили, а второго боялись. Бао был последним оставшимся Домом Развлечений высокого класса в южной части Тэнси. Остальные либо разорились, либо превратились в притоны для Непрощенных, где курили табак и торговали больными «девочками». Тор ревностно следил за порядком, за здоровьем своих «девочек» и за репутацией заведения. Двухэтажное здание занимало почти двести татами. Второй этаж был отведен для утех и курительных комнат, где предлагали разные сорта табака. Его привозили из соседней провинции Мун.

Когда Тар скрылась за воротами, подняв полы халата, Тин повернула голову в сторону паланкинов, стоявших чуть поодаль. Носильщики весело перешучивались. Вид паланкинов заставил Тин остановиться и присмотреться к знаку, вышитому на занавесках. Камень, излучающий свет. Это мог быть только знак провинции Бэй – той самой горной провинции, о которой в Тэнси ходили жуткие слухи: жители Бэй – жестокие и высокомерные, а их дети умирают от загадочной болезни.

Носильщики были одеты в серебряные шаровары и белые жилеты. Один из них, увидев Тин, громко цыкнул. Тин смерила его тяжелым взглядом и поспешила внутрь.

На первом этаже было почти пусто. Несколько столиков, огороженных низкими ширмами, стояли в отдалении друг от друга. Места за столиками стоили дорого, поэтому здесь обычно сидели самые зажиточные жители северной части Тэнси, где, помимо рынка и пары харчевен, развлечений не имелось. Между столиками сновали красивые девушки и парни с подносами и мешочками для монет – чаевые за хорошее обслуживание. Они то и дело скрывались в кухне.

Тин прошла внутрь, стараясь дышать ровно, чтобы успокоить нервы. И тогда она увидела его.

Тжи стоял по ту сторону широкой деревянной стойки и наливал из бочки ярко-красную жидкость. Как всегда, его каштановые волосы были взъерошены, словно он только что проснулся. Темно-зелеными глазами он сосредоточенно следил за струей. Он сильно возмужал за последние годы, и Тин заметила, как вырисовывались широкие плечи под рабочим халатом. Засученные рукава открывали мускулистые предплечья. Тин поймала себя на мысли, что неприлично долго разглядывает его руки. Она вздрогнула, когда Тжи, заметив ее, улыбнулся широкой, открытой улыбкой.