Книга Системный Друид. Том 1, страница 17 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Кисть правой руки приобрела серый, гранитно-пыльный оттенок. Костяшки пальцев выглядели так, будто их вытесали из булыжника.

Две секунды, и серый цвет схлынул, рука снова стала бледной и человеческой.

Я тяжело выдохнул. В висках застучало. Магии во мне было, как кот наплакал. Этот мальчишка Вик никогда не тренировал ядро, а я только начал раскачивать его каналы, а может, и не знал он, что обладает магией. Пара мгновений действия способности выпили из меня, по ощущениям, столько же сил, сколько стометровка с полной выкладкой.

Система бесстрастно прокомментировала:

Навык деактивирован.

Затраты маны: 54 % от текущего резерва.

Восстановление: Медленное (низкая проводимость каналов).

— Слабо, — констатировал я, сжимая и разжимая кулак. — Очень слабо.

Но это работало. Это было реально. И это могло спасти мне жизнь. Я не смогу принимать этой способностью удары лесных хищников. Но подставить «каменное» предплечье под клык, чтобы не потерять руку? Или усилить удар в челюсть, превратив кулак в кастет? Вполне.

Это явно расширяло арсенал моих возможностей. Но и кто бы на моем месте не хотел прикоснуться к самой настоящей магии? А теперь она у меня, можно сказать, на кончиках пальцев.

Остаток дня я провел в рутинных делах: колол дрова, носил воду, снова делал упражнения на растяжку. Тело нужно было гонять, пока оно не начнет звенеть.

* * *

На следующее утро перемены начались с завтрака.

Торн сидел за столом, мрачный, как туча. Перед ним стояла миска с кашей, к которой он почти не притронулся. Его лицо осунулось, кожа приобрела землистый оттенок, но спину он держал прямо, словно проглотил лом.

— Я уйду, — сказал он, не поднимая глаз. — На три, может, на четыре дня. Надо проверить северные границы и… кое-что еще.

Он врал. Я видел это так же ясно, как видел трещины в бревнах стены. Деду не нужно было ничего проверять. Ему нужно было уйти, чтобы я не видел, как ему станет хуже. Приступы, вызванные ядом, учащались, и гордый старик не хотел, чтобы внук, особенно внук, который был причиной его состояния, видел его немощь.

— Хорошо, — ответил я ровно, отправляя в рот ложку варева.

— Ты остаешься здесь, — голос Торна стал жестче. — За околицу ни ногой. В лесу сейчас неспокойно. Звери мигрируют из-за пожаров на юге. Ты слаб. Если что случится… я не успею прийти на помощь.

Он сверлил меня взглядом, ожидая возражений. Ожидая привычного для старого Вика нытья или, наоборот, бунта, взрыва эмоций и обвинений.

— Я понял, — кивнул я. — Дров наколю, крышу в сарае подлатаю. Давно надо было.

Торн недоверчиво хмыкнул, но спорить не стал. Ему не хватало сил на долгие препирательства.

Он собрался быстро. Закинул за плечо старый, потертый вещмешок, взял свой посох — суковатую палку из черного дерева, отполированную ладонями до блеска.

— Не дури тут, — бросил он на пороге. — Еда в погребе. Травы не трогай без нужды.

И вышел.

Я подождал пять минут. Подошел к окну, отодвинул занавеску. Фигура старика уже скрылась за деревьями. Он шел тяжело, припадая на левую ногу.

— Прости, дед, — тихо сказал я. — Но приказ я нарушу. Ради тебя же.

Пусть я и не был его внуком, но я умел быть благодарным. Да и близкий человек в таком мире мне точно не помешает, а старик обладает уникальными знаниями, которые мне точно пригодятся.