Книга Цена власти, страница 90 – Илья Карпов

— Нет, нет, — перебил мальчик. — Я хочу узнать, что ей нравится? Она любит, ну например, читать?

Верховный книжник одарил Делвина покровительственной улыбкой.

— Уверяю, она самая умная и смелая девушка из всех обитателей Чёрного замка.

— Тогда я хотел бы с ней встретиться.

— Полагаю, его величество представит её вам сразу же, как только сочтёт необходимым. А пока — воспользуйтесь его гостеприимством. Вы, кажется, любите чтение? Я велю принести вам книг.

Уже в дверях Делвин окликнул верховного книжника:

— Простите, а что значат те слова? Ну, которые я сказал, когда вы вошли? На амн… анмодском.

На щеках Илберна появился румянец, однако он тут же ответил:

— Когда-нибудь я расскажу вам и это.

Отис из Одерхолда не привык ждать так долго. Если бы рядом стояли солнечные, песочные или любые другие часы, он наверняка то и дело на них бы поглядывал. Однако на пустыре неподалёку от Горького холма ничего подобного не было. Только скошенная трава, открытая повозка с задремавшим возницей и мрачная громада огромной виселицы, над которой бесформенной тучей кружило вороньё. Проезжая мимо неё по пути сюда, Отис морщился от тяжёлого смрада, исходящего от висельников, и теперь ему казалось, что ветер доносит эту вонь даже сюда.

Полотно серого неба протянулось от горизонта до горизонта и, казалось, давило на макушку так, что в висках застучала кровь. «Наверное, будет дождь», — подумал Отис и поёжился. Даже будучи магом водной стихии, воду, льющуюся с неба, он не любил. С чего бы ему любить то, что несёт холод и сырость? То ли дело горячая ванна…

Отис запахнулся поплотнее в шерстяную накидку. И почему он, верховный маг, должен терпеть всё это? Вряд ли Рейквину доводилось обучать кучку деревенских магов, которых и магами-то называть стыдно. Книжник Илберн, что встретился сегодня утром в коридоре Чёрного замка, усмехнулся, что Отису выпала честь собственными руками огранять драгоценные камни. Вот только сам Отис чувствовал себя не огранщиком, а, скорее, каменотёсом. И одним богам известно, сколько придётся стесать щебня, чтобы из этих деревенщин вышел толк…

Разверзнутая пасть городских ворот тонкой вереницей выпускала пеших и конных, отдельные телеги и целые обозы из множества повозок. Но вот оттуда показалась группа людей, горстка пеших и один всадник, перед которой все прочие расступились. Они неспеша проследовали мимо Горького холма и двинулись по дороге, но вдруг всадник, заметив Отиса, свернул с дороги, перевёл лошадь в галоп и направился прямо к нему.

— Наконец-то, — выдохнул он, и возница вздрогнул во сне. — Я бы сейчас тоже вздремнул…

То был один из рыцарей гвардии. Король как-то представлял всех их Отису, но тот сумел запомнить только Гильяма Фолтрейна. Его мёртвый взгляд и хищная улыбка, будто благородный сир собирается отрезать от тебя кусок и сожрать без соли, въелись в память намертво. К счастью, это оказался не он. Рыцарь выехал вперёд, и Отис разглядел седые волосы, пышные усы и добрый прищур серых глаз.

— Доброго вам дня, господин верховный маг! — добродушно сказал рыцарь, слезая с седла. — Надеюсь, не заставили вас долго ждать? Тюремщик Уоллес со страшного похмелья двигался как сонная муха. И с чего б ему так напиваться? Пока отыскал ключи от камер с этими беднягами, прошла целая вечность…