Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ, страница 120 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Энергия Ферруса бушевала внутри грудной клетки, и резкие движения отзывались спазмом, от которого на мгновение темнело в глазах. Божественная сила Хранителя выталкивала демоническое наследие Владыки, а демоническое сердце сопротивлялось обоим потокам, пульсируя в собственном ритме. Три энергии рвали каналы на стыках, и мне приходилось тратить часть сознания на подавление хаоса, удерживая тело от саморазрушения. Половина усилий уходила на атаку, вторая половина на то, чтобы собственная энергия не разорвала меня изнутри.

Энигма это чувствовал. Он видел, как я дёргаюсь после мощных ударов, как перехватываю дыхание между комбинациями, как левая рука непроизвольно прижимается к груди в паузах. И давил безжалостно, наращивая темп, заставляя двигаться быстрее, бить сильнее, тратить больше.

Тень метнулся к ногам Энигмы, и центральная голова вцепилась в лодыжку, а правая щёлкнула челюстями у бедра. Энигма отшвырнул его пинком, и Тень пролетел пять метров, ударился о стену, взвизгнул и вскочил, ощерив все три пасти. Против существа, помнившего рождение миров, пёс годился на отвлекающие манёвры и укусы, которые затягивались на теле бога за секунду.

Я перешёл на Стиль Морозного Предела, заморозив воздух перед Клятвопреступником, и обрушил ледяной клинок на чёрную руку. Лёд раскололся при контакте с аурой поглощения, рассыпался мелкой водяной пылью, но я уже бил следом Стилем Пронзающей Молнии, концентрируя энергию в тонкий луч на кончике лезвия. Луч ударил Энигму в плечо, прошёл навылет и впечатался в стену, оставив дымящуюся дыру в хитиновом полу.

Рана на плече Энигмы закрылась за четыре секунды. У Ферруса уходило шесть. Поглощённая треть энергии Владыки усиливала регенерацию бога, дополняла его способности, вливалась в его сущность так же естественно, как вода в губку. Энигма был создан поглощать, и чужая сила становилась его собственной без внутренней борьбы.

Моя внутренняя буря усиливалась с каждой минутой. Демоническое сердце разгонялось, перекачивая энергию Ферруса по каналам, которые для этого предназначены не были. Я гасил конфликт волевым усилием, распределяя потоки, перенаправляя излишки в мышцы и в клинок, но контроль требовал внимания, а внимание, направленное внутрь, отнималось от боя снаружи.

Энигма использовал мои промахи. Его чёрная рука метнулась вперёд, и волна поглощения ударила в обсидиановый пол передо мной, выжрав из реальности полукруглый кусок пространства диаметром в два метра. Я прыгнул вверх, уклоняясь от провала, и Энигма уже ждал меня в верхней точке. Его кулак, обычный, человеческий, врезался мне в рёбра, и хруст прокатился по грудной клетке. Я скрестил руки, гася инерцию, приземлился на ноги и рубанул снизу вверх, заставив его отпрыгнуть.

Кровь потекла из уголка рта. Рёбра выдержали, но трещины я ощущал, и боль с каждым вдохом напоминала о них.

Тень вновь влетел в бой со спины. Левая голова вцепилась в плащ Энигмы, средняя рванула за пояс, и пёс потянул бога назад, сбивая ему стойку на полсекунды. Я вложил эти полсекунды в Стиль Расколотых Небес, обрушив Клятвопреступника сверху с такой силой, что воздух раскололся вдоль линии удара. Лезвие рассекло Энигме левое плечо до кости, и из раны хлынула чёрная жижа вперемешку с красной кровью.