Книга Южный континент, страница 68 – Денис Камков

Мускулистое тело хищника было полностью покрыто шерстью, включая лапы. На загривке и спине шерсть была длиннее, а на концах лап почти сходила на нет. Окрас шерсти был равномерным, только брюхо оказалось чуть светлее, а спина чуть темнее, чем остальное тело. Оскаленная морда, открывала шикарный вид на острейшие, сильно выдающиеся по длине клыки, которые были вдвое длиннее, чем остальные, так же заостренные зубы хищной кошки. Круглые глаза с вытянутым, как у всех кошачьих зрачком, сейчас уже не светились, но меня поразила ее глубокого, насыщенного желтого цвета радужка, перламутром отражающая сейчас далекий свет звезд. Светоотдача была очень высока, что говорило о генетически развитом зрении зверя, усиленным к тому же ее магическим даром. Веселенькие кисточки на ушах добавляли немного милоты этому опасному хищнику, что слегка развеселило Сэма, обожающего всех представителей семейства кошачьих.

Труп зверя не стал причиной отказаться от итак укороченного этой ночью отдыха. Мы завернулись в наши мантии, и спокойно уснули, не забыв раскинуть вновь наши сторожевые заклинания. Утро разбудило нас яркими лучами солнца, легко пробивающими зонтик листвы над головой. Наскоро перекусив, мы продолжили свой путь на запад. Спустя пару часов упорной ходьбы по травянистому бесконечному морю, мы вышли к небольшой прогалине, явно искусственного происхождения, в конце которой, шагах в трёхстах, была видна невысокая изгородь. Внутри нее, стояли и бродили странного вида животные с загнутыми вперед рогами и длинной, густой, светлой шерстью, свисающей с их боков ниже уровня брюха. Прогалина, как оказалось, была вызвана тем, что трава была не так давно скошена и пущена на заготовку для этих животных. Вокруг загона я заметил несколько сушащихся на солнце снопов, а охапки готового сена лежали смотанными в огромные цилиндры, разложенные вокруг ограды.

В самом загоне, кроме животных, сновали несколько женщин, ловко обрезавших шерсть с самых сильно обросших зверей. При этом они легко уворачивались от острых рогов соседних, не стоявших на месте, а постоянно перемещающихся по загону рогачей. Огороженный участок был совсем не маленьким, позволяющий свободно бродить и объедать траву как минимум паре десяткам таких животных. К тому же он явно был разборным, и позволял легко переносить его с места на место, переводя пасущуюся живность на новый, еще не объеденный ими участок саванны.

За загоном стояло несколько домиков, сделанных из матов, состоящих из соломы и глины, смешанных и высушенных на солнце. В них и возле них копошились несколько стариков, пара совсем маленьких ребятишек и еще две женщины, варящие что-то в большом котле, висящем над небольшим, обложенным по краям крупными камнями, очагом. Странно, но среди них не было ни одного мужчины, не смотря на то, что труд животноводов, а это был именно такой поселок, зачастую был не самым легким. Мы обогнули его по широкой дуге и снова взяли западное направление.

После полуденного перекуса мы продолжили путь и почти сразу наткнулись на еще одно поселение, где опять трудились только женщины и старики. В этот раз такого же вида домики, со всех сторон окружались вскопанными грядками, на которых выращивались различные овощи. Вместе с традиционными листьями капусты, завязями тыквы и кабачков, плетьми подвешенных над землей огурцов, здесь росли большого размера оранжевые ягоды, лежащие прямо на земле. Грядок было очень много, а благодаря теплому климату и жаркому солнцу, зелень и плоды росли быстро, поднимаясь над землей, как тесто на дрожжах. Мы обогнули и этот оазис, снова сохраняя изначально выбранный курс.