Книга Прикладная рунология, страница 78 – Дайре Грей

Взгляд из удивленного стал растерянным, а секретарь неожиданно залепетала:

— Но… но ведь я уже давала показания… Меня расспрашивали… И никаких вопросов… Разве что-то изменилось?

Она взглянула прямо на Герхарда, и тот невольно постарался ее успокоить:

— Все хорошо, фройляйн. Его Светлость, герцог Кениг, начальник Тайной полиции, лишь желает уточнить кое-какие детали. Не более.

— Конечно, — гость неожиданно улыбнулся и одновременно прищурился, как зверь, почуявший добычу. — Скажите, как такая юная фройляйн может спокойно спать по ночам, зная, что убила человека?

Ему ничего не оставалось, как прикрыть глаза, ожидая реакции. Конечно, правда, рано или поздно, всплыла бы, но… Не так, совершенно не так Герхард себе все представлял.

— Что? — придушенный писк девушки заставил его открыть глаза и продолжить наблюдать за ситуацией. Пытаться выставить незваного гостя сейчас было бесполезно, он использует любую зацепку для обвинений. — Я… Я…

Сабина снова взглянула на него, а потом ее лицо неожиданно скривилось, а из глаз хлынули слезы.

— Как вы можете… Это было так ужасно… Просто ужасно… — в тонких пальчиках появился платок, который тут же закрыл лицо. — Мне до сих пор снятся кошмары… Эти люди… Элементали… Ужасно…

Она зарыдала громче и с явным надрывом, за чем начальник Тайной полиции наблюдал с некоторым сомнением. Но после того, как девушка шумно высморкалась в платок, даже он несколько смутился.

— Довольно. Я прошу прощения, фройляйн.

В ответ раздалось лишь рыдание, плечи секретаря вздрагивали в такт судорожным всхлипам, и Герхард не выдержал — обошел стол, чтобы поддержать ее. Стоило коснуться тонкого плеча, и Сабина уткнулась в его грудь. Шляпка упала на пол. Волосы растрепались.

— О, Герхард, все ужасно…

Рыдания вместо того, чтобы утихнуть, стали лишь громче. Пришлось осторожно приобнять девушку за плечи и смерить взглядом гостя.

Тот рассматривал их как интересную скульптуру, явно делая какие-то свои, далеко идущие выводы, которые затем попытается использовать при обвинении.

— Вам не кажется, что вы уже достаточно наговорили, Ваша Светлость? Не могли бы вы покинуть мой дом до получения бумаг?

Кениг поджал губы, явно желая что-то сказать, но нужный настрой ему сбила истерика Сабины, которая явно не собиралась успокаиваться.

— Я уйду, но запомните, Ваша Светлость, что происшествие с участием члена императорской семьи будет находиться на моем особом контроле. И отчитываться я буду лично императору. От вашего сотрудничества зависит ваше будущее, как и будущее всех, кто вам дорог.

— Не нужно меня пугать.

Страха не было. Только раздражение и глубокое отвращение ко всему происходящему. А еще досада на общую глупость ситуации. Кто поверит, что он решил организовать какое-то глупое происшествие в порту? Зачем ему? Ради власти? Герхард с рождения знал, что никогда ее не получит, да никогда к ней и не стремился.

— Я лишь хочу, чтобы вы правильно оценивали ваше положение, герцог. Герр Циммерманн, пойдемте. С вами у нас будет долгий разговор сегодня же.

Ральф бросил на него сочувствующий и усталый взгляд, после чего поднялся, не став перечить руководству. Действительно, главу Тайной полиции лучше не злить. Не в таких мелочах.

Когда за обоими мужчинами, наконец-то, закрылась дверь, Сабина отодвинулась от его груди и оглядела кабинет. После чего, убедившись, что они остались одни, резко сделала шаг назад и взглянула на него красными, опухшими глазами.