Онлайн книга «Прикладная рунология»
|
Я закрыла глаза, сложила руки на колени и уткнулась в них лбом… Пожалуйста, пусть все произошедшее просто окажется сном. Пусть я проснусь дома, и бабушка с дедушкой будут пить утренний чай, а мне снова будет двенадцать… Пожалуйста, пусть я проснусь… Приходить в себя после боя стало уже плохой привычкой. Кристиан с трудом разлепил глаза. Сегодня он был во дворце. Те же покои, что и пару недель назад. Хоть что-то приятное… Рядом кто-то пошевелился, и герцог повернул голову. Ивон сидела в кресле. Украшений на не не осталось, и платье было простым. Серым. Без кружев и оборок, с рукавами в три четверти и укороченным подолом. — Кристиан, — его пробуждение она заметила сразу, пересела на кровать, взяла за руку. — Хочешь пить? На знакомом лице застыло беспокойство, морщинки в уголках глаз и вокруг рта проступили сильнее. Устала и, скорее всего, не спала. — Не откажусь, но сначала скажи… — С мальчиками все хорошо, — Ивон привычным движением подхватила кружку и поднесла к его губам металлическую ложку с водой. Поить больных она умела. — Невеста и ее свита не пострадали. Посол тоже. Только глаза у нее все равно подозрительно блестят, а губы искусаны — верный признак тщательно скрываемых переживаний. — Что случилось? — сипло выдохнул герцог, отодвигаясь от ложки. Жена поставила бокал на тумбочку и медленно выдохнула. — Милисент погибла. — Что? Откуда любовница Герхарда взялась во дворце? — Секретарь Герхарда что-то узнала… Я не совсем поняла. В общем, Милисент отправилась к Ульрике с документами. А потом они обе поехали сюда… Ульрике… Она… Сердце кольнуло булавкой. Внутри все вдруг похолодело. Ивон никогда не говорила о его рыжем секрете. Знала, но не говорила. Эта тема в их доме не поднималась. А теперь… — Она попала под удар тьмы. Ты был прав… В порту был маг. Он пришел во дворец. Устроился в гвардию. У них был новый набор в начале лета. Пока это все, что удалось узнать… — Что с Ульрике? — перебил Кристиан. — Я забрала все, что смогла, — Ивон подняла на него несчастный взгляд. Забрать она могла многое. Больше нее никто бы не смог. — Повезло, что ее нашел Герхард, и лекари… Кристиан, мне так жаль… Я… Я не уверена, что она сможет ходить. Повреждения… очень серьезные. Прости… — Ты не виновата… Не виновата. Никто не виноват… Кроме той сволочи, которую он убьет. — Что с тем фанатиком, которого унес Берти? — Погиб. Они все погибли. А маг ушел… Мне жаль. Кристиан сжал кулак и едва не взвыл от боли. — Тебе нельзя напрягаться! Пожалуйста, отдохни. Я проверю Ульрике и вернусь. Еще несколько гвардейцев выжили. Нам удалось их стабилизировать. Возможно, что-то получится узнать у них. Пожалуйста, постарайся вздремнуть. Он кивнул, она сделала вид, что поверила. А потом ушла, захватив со спинки кресла чепец сестры милосердия и белый фартук. Кристиан остался лежать. Где-то во дворце сейчас обживалась юная невеста. Поджимала губы Маргарита. Шныряли агенты Тайной полиции. Злился Георг. Герхард… наверняка уехал. Где-то внизу собирали тела погибших и оказывали помощь раненым. А еще ниже, в глубоких подвалах дворца лежал камень Сантамэлей. Когда-то давно первые короли приносили на нем свои клятвы. И никто не осмеливался их нарушить. Кристиан знал, что когда сможет встать, спуститься туда, куда не заглядывал со дня смерти брата… Ульрике будет жить. А он найдет убийцу… |