Книга Перерождение императрицы, страница 1 – Ансия Рете

— Умри!

Крик не мог сорваться с бледных губ, когда хватка на шее усиливалась.

Она смотрела на женщину, стоящую перед ней. Когда-то нежное и доброе лицо озарила ярость. Она жгла чистые зелёные глаза, наполняя их жаждой убийства.

Сейчас ненавистные светлые волосы соперницы казались грязными и спутанными. Она сама не походила на некогда собранную и спокойную императрицу.

Впервые Элиза испугалась своей робкой сестры.

— Ты все у меня украла!

Кричала обезумевшая женщина, сжимая холодные руки на тонкой шее. Убить. Так хотелось разорвать ее на мелкие кусочки за все, что она сделала, чтобы страдала, как она, чтобы рыдала в одинокой комнате, не зная, что делать с этой дрянной жизнью.

— Я...

Элиза пыталась освободиться от удушающих рук, но женщина не собиралась отступать.

— Все забрала. Отца, дом, мужа, —рыдала Рубелия, чувствуя тяжёлую тягу в животе. — Оставила хотя бы ребёнка, грязная тварь.

Она была настолько уязвлена, стараясь освободиться от боли, что не заметила мужских рук, оттолкнувших ее.

Рубелия в миг упала на плиточный пол, отмечая каким холодным он был. Она не заметила этого раньше, ворвавшись босиком в комнату сестры. Медленно женщина поднялась, не сводя взгляда с парочки. Элиза пыталась отдышаться, хватаясь за императора, но тот лишь холодно смотрел в сторону жены.

— Возвращайся к себе, императрица.

Снова приказ. Он всегда разговаривал с ней, как с очередным подданным. Интересно помнил ли император, которого так восхвалял народ, что стоящая перед ним была не обычная женщина, а его жена - императрица?

Рубелия засмеялась. Навряд ли. У него было пять лет, чтобы привыкнуть к этому, но видимо, он так ненавидел ее, что решил не замечать.

— Ваше высочество, так больно...

Хрипела Элиза, смотря на мужчину слезящимися глазами.

Актриса.

Презрительно скривила губы Рубелия. Пару минут назад ее глаза были такими же сухими, как и сердце.

— Какая милая сцена, — с восхищением проговорила женщина, хлопая в ладоши. — Настоящая любовь.

Мужчина нахмурился, смотря на Рубелию. Растрепанные волосы, заплаканные зелёные глаза, мятая сорочка не ввязывались в образ собранной императрицы, матери народа. На момент он усомнился в человеке, с которым прожил несколько лет.

— Уведите императрицу, она не в себе.

Приказал император, кивая страже. Те незамедлительно исполнили его приказ, подхватив женщину под руки.

— Мать, пережившую потерю ребёнка, задерживают, а убийцу – жалеют! — Отвращение слышалось в каждом ее слове. — Ваша любовь жестока, ваше величество.

Мужчина вздохнул, медленно подходя к жене. Как бы сильно он ненавидел ее, ему было жаль императрицу. Пусть для нее ребёнок был всего лишь ступенью к власти, она имела право на жалость.

— Это для твоего же блага.

Но вместо понимания он услышал только смех, едкий и надменный. Она смотрела на него свысока, будто заверяла мужчину в его же глупости. На мгновение стало неуютно, когда в этом взгляде он заметил что-то знакомое.

Рубелия многое переняла от своей предшественницы.

— Откуда? — Ошеломленно спрашивала императрица. — Откуда в вас эта жестокость? Я могу принять вашу нелюбовь, ненависть, гнев, что угодно, но...

Она сглотнула. Конечно, эти глаза всегда оставались холодными. Сколько можно просить его о внимание? Разве Рубелия не сделала все, что могла? За эти долгие пять лет она выплакала больше слез, чем за всю жизнь.