Книга Муцянь, страница 147 – Джин Соул

Сяоцинь всё-таки извернулся и сбросил руки Чэнь Ло, но и нескольких секунд хватило, чтобы он залился краской и… полез зажимать уши Чэнь Ло.

— Я взрослый, – возразил Чэнь Ло, – мне не привыкать.

— Никому такое слушать нельзя! – взвился Сяоцинь, и какое-то время они занимались тем, что пытались зажать друг другу уши.

Ято, глядя на них, похохатывал:

— Странная же вы парочка!.. Не скажи ты, я бы подумал…

— Эй! – грозно оборвал его Чэнь Ло.

Чиновник, тоже услышавший, что творится в повозке, подсел к костру и сначала выбранился, а потом принялся изливать душу, жалуясь на непутёвого сына, который только и делает, что развратничает с юйтао^[60].

— И что с вами не так? – риторически вопросил он, поглядев при этом на Чэнь Ло.

Сяоцинь едва воздухом не подавился, когда сообразил, в чём чиновник подозревает Чэнь Ло, и раскрыл было рот, чтобы опровергнуть столь возмутительное заявление, но Чэнь Ло зажал ему рот и не дал сказать ни слова.

В повозке между тем затихло, сын чиновника вылез оттуда, оправляя одежду, и с утомлённым видом прошествовал мимо костра, не забыв, однако же, бросить на Чэнь Ло томный взгляд. Чиновник вскочил и бросился вслед за сыном, осыпая его упрёками и бранью. И только тогда Чэнь Ло убрал руку от лица Сяоциня.

— Почему ты смолчал?! – вызверился Сяоцинь. – Он же теперь про тебя такие мерзости думает!

— Не про одного меня, – заметил Чэнь Ло, посмеиваясь.

Сяоцинь выгнул бровь, а потом, сообразив, что к чему, покраснел и так выругался, что Ято даже присвистнул с уважением.

— В ругани твой сяоди знает толк, – сказал наёмник Чэнь Ло. – Но вы так это отрицаете, что невольно подумаешь…

Чэнь Ло скрипнул зубами:

— Сяоцинь – мой названый брат, – и повторил уже неоднократно рассказанную разным людям историю.

— А чем он тебя накормил? – сощурился Ято, когда мальчишка, спохватившись, сунул в губы Чэнь Ло рубиновую пилюлю.

— Я был отравлен, – вздохнул Чэнь Ло. – Это лекарство.

— Отравлен? – заинтересовался Ято.

Чэнь Ло вздохнул.

Придётся рассказывать и об этом.

Рассказу Чэнь Ло Ято нисколько не удивился. Он многое в жизни повидал, знал, что ради наживы люди способны на любую подлость и не перед чем не остановятся, когда дело касается денег.

— И велико было наследство? – осведомился он.

— Очевидно, достаточно велико, чтобы замыслить братоубийство, – фыркнул Сяоцинь.

Чэнь Ло криво улыбнулся, поворошил палкой в костре. Ято отхлебнул вина из тыквенной фляги, обтёр губы и протянул горлянку Чэнь Ло, но мальчишка вмешался – отбил его руку ладонью. Ято поиграл бровями, обтёр горлышко фляги и снова протянул её Чэнь Ло, но Сяоцинь вновь оказался проворнее.

— Уж не думаешь ли ты, что и я его отравить пытаюсь? – недовольно спросил Ято, потому что от удара часть вина выплеснулась.

— Ему нельзя, – строго сказал Сяоцинь, сверля Чэнь Ло взглядом. – От вина ему только хуже станет.

— Хм… – протянул Ято, закупоривая флягу – к явному разочарованию Чэнь Ло. – Не лучше ли тогда было оставаться дома и лечиться? Зачем отправляться в такое опасное путешествие?

— Чтобы вылечиться, – пояснил Чэнь Ло. – Есть лекарство, которое может меня спасти. За ним мы и идём.

— В столицу?

— К Разлучённым горам.

Чэнь Ло не собирался рассказывать Ято о тайнике с сокровищами. Версия о лекаре, который живёт у Разлучённых гор, должна была удовлетворить любопытство и пресечь дальнейшие расспросы.