Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 1, страница 72 – Джин Соул

— Уйди с глаз моих! – рассердился Лис-с-горы, которому страшно не нравилось, когда с ним начинали пререкаться. Особенно бывшие бессмертные мастера.

Господин-с-горы фыркнул и пошёл дальше. Зачем было останавливать его, чтобы прогнать?

Но он всё-таки подумал, что ему не слишком понравилось то, что он увидел. Лисье пламя затеплилось на секунду и свернуло языки в огненное кольцо, когда он подумал об этом. Господин-с-горы почувствовал жгучую боль в раненой руке, сдвинул рукав, чтобы посмотреть. Из-под повязки, потемневшей и обуглившейся, сочились тонкие струйки полупрозрачного дыма. Господин-с-горы поспешно развязал бинты. На его руке не осталось ни ран, ни шрамов, но от тех мест, где прежде были залитые живицей раны, шёл дымок.

— Да, теперь их восемь, – пробормотал Господин-с-горы, разглядывая через плечо свои хвосты. Он нетвёрдо помнил, когда появился восьмой. Не мог припомнить за собой вспышек гнева или чего-то подобного. Недопёсок услужливо сообщил, что восемь хвостов у Господина-с-горы стало после возвращения из леса.

— А, вот оно что…

Лис-с-горы после той непонятной вспышки гнева обращался с ним дурно и кусался в два раза чаще обычного.

«Может, он всё-таки начал понимать, что я не тот человек?» – подумал Господин-с-горы.

К Господину-с-горы вернулась лисья хандра. В угол он не забивался, но сидел с таким мрачным видом, что даже Недопёсок не решался к нему приблизиться.

«Что это за жизнь? – думал Господин-с-горы. – Я погряз в Скверне».

— Я вынужден влачить жалкое лисье существование, – пробормотал он. – Что хорошего в том, что у меня восемь хвостов? Я с каждым хвостом всё дальше от вознесения!

Он уже понял, что даже человечье обличье не поможет ему вознестись. У лисьих духовных сил была другая природа, он мог чувствовать разницу.

— А что хорошего в том, что у меня их станет девять? – продолжал бормотать он. – Что хорошего в том, чтобы стать горным духом? Что это изменит? Ещё один лишний хвост, только и всего…

В сердце засела тупая игла. Господин-с-горы не вполне понимал, что это за чувство. В предыдущей жизни он не испытывал ничего подобного. Это, должно быть, что-то лисье, не иначе.

«Я до конца дней своих останусь лисом», – мрачно подумал Господин-с-горы.

Лисье пламя опять свернулось в огненное кольцо, и игла в груди стала колоть больнее. Это было похоже на искажение Ци, так ему виделось. Мрачные мысли притягивали тёмную Ци и затемняли Лисье пламя. Может, это и есть Скверна в лисьем понимании?

Господин-с-горы нечётко помнил подробности своей жизни на Таошань. О том, что было до восхождения на гору, он не помнил вообще. Помнил ли он об этом, когда жил на Таошань? Сейчас он уже ни в чём не был уверен.

Он почувствовал лёгкую дурноту и опростал желудок. Внутри было очень нехорошо. Похожее ощущение он испытывал, когда его прокляли. Господин-с-горы машинально проверил свои силы и общее состояние на предмет Скверны. Глупость какая… Он всё это время буквально тонет в Скверне, а на его ауре ни пятнышка! Лисье пламя вот только было чуть темнее обычного.

— Если бы не то проклятие… – сквозь зубы пробормотал Господин-с-горы.

Он был слишком наивен при жизни. Он ничего не знал о зависти и ненависти к нему даосов. Если бы знал, поставил бы на себя защиту, тогда бы его даже проклятиями на смерть не взять. Но он не знал. И проклятие свело его в могилу.