Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 107 – Джин Соул

— Ну хорошо. Думаю, тебе полезно будет это узнать, чтобы ты не питала иллюзий по поводу Небесного императора. Ты ведь наверняка думаешь так же, как и Хушэнь прежде? Что с Небесным императором можно договориться? Драконы всегда держались отстранённо и не участвовали в небесных войнах, если они не касались их собственного племени. Небесные звери могущественны, но не кровожадны, нам претят бессмысленные убийства. Небесный император хотел, чтобы мы сражались на его стороне. Я отказался. Тогда он… – Лицо Лао Луна исказилось, продолжить он смог ещё не скоро. – Он сказал, что взял в заложники моего сына и что если я не подчинюсь, то он его убьёт.

— Твоего… сына? – широко раскрыла глаза Ху Сюань.

— Я подчинился. Поверил, что он сдержит слово. Велел остальным слушаться его. Позволил заточить себя в темницу. А он… после… пришёл ко мне в темницу, чтобы посмеяться надо мной. В руке он держал… то, что осталось от моего… – Голос Лао Луна прервался. Синие глаза сияли ослепительной яростью.

Губы Ху Сюань дрогнули, она поспешно привлекла Лао Луна к себе, всем телом ощущая, как что-то клокочет внутри напряжённого тела дракона. Руки Лао Луна шевельнулись, он обнял Ху Сюань за спину.

— Поэтому, – уже спокойнее сказал он, – если Хушэнь дрогнет, не дрогну я.

— А у тебя… не возникало мысли убить А-Фэя? – тихо спросила Ху Сюань.

— Хм… – неопределённо отозвался Лао Лун и отстранился. – А зачем мне убивать Хушэня?

— Но ведь он сын Небесного императора. Разве тебе… не хотелось отомстить ему, поступив так же, как он поступил с тобой?

— И что бы это изменило? Вернуло мне сына? Даже если бы я утопил Небеса в крови, это ничего не изменило бы. Если уж и убивать, то только самого Небесного императора. А Хушэнь… Ну, ты и сам понимаешь.

Ху Сюань понимала. Лао Лун принял сторону Тайцзы, несмотря на его происхождение, потому что Ху Фэйцинь – это Ху Фэйцинь. В сущности, он ещё ребёнок, наивный и глупый ребёнок, которого принудили повзрослеть чудовищным способом: изувечили тело, искалечили душу, отняли близких людей и предали. Удивительно, как он не стал демоном в истинном смысле этого слова.

— Поэтому, – заключил Лао Лун, – обойдётся двумя-тремя свёрнутыми шеями. Я бы не стал тревожиться прежде времени.

«Но лекарственными снадобьями запастись всё же нужно впрок», – подумала Ху Сюань.

Она-то знала, что если дело примет скверный оборот и за Ху Фэйциня вступится Ху Вэй, то двумя-тремя свёрнутыми шеями не обойдётся.

После изнуряющей тренировки хорошо было посидеть в тенёчке, наслаждаясь тишиной и покоем. Было бы. Если бы не Ху Вэй.

Ху Вэй был жутко деятелен даже для себя самого. Ху Фэйциня он муштровал круглыми сутками. Ху Фэйцинь полагал, что с демоническим копьём уже отлично управляется. Но лисьи-то забавы тут каким боком? Чем они помогут ему в грядущей войне?

— Тренирую твою выносливость, – объявил Ху Вэй, – а то решат ещё, что Лисий бог – дохляк какой-то, если ты посреди сражения выдохнешься.

Ху Фэйцинь поискал глазами, чем бы швырнуть в Ху Вэя, но ничего не нашёл. Чайником кидаться было жалко: он только-только заварил чай и дожидался, пока тот настоится. Ху Фэйцинь сам собрал для него травы и был бесконечно доволен изобретённым рецептом, должно было выйти ароматно и пряно – всё, как он любил.