Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 29 – Джин Соул

В-третьих, он тоже пытался свести её с царём, но методы для этого выбирал какие-то странные. Дарил, к примеру, подарки от имени царя, наивно полагая, что все женщины должны быть падки на лесть и тряпки.

Белая змея за свою многотысячелетнюю жизнь повидала немало сокровищ, потому её не трогали ни шёлковые платья, ни золотые браслеты, ни жемчужные тиары. Чтобы занять себя, она приняла лишь пяльцы для вышивания и со злорадством озадачила царского евнуха тем, что вышивка каждый день становилась больше, а ниток для вышивания белая змея так и не попросила. Но царь разгадал и эту загадку, хотя она была адресована не ему.

«Умный он такой, что ли?» – недовольно думала белая змея.

Она никак не могла решить, что еще ему загадать, но всё решилось само собой: царский евнух вывел белую змею из себя, обозвав её речным гулем в юбке. Белая змея страшно оскорбилась. Уж она-то знала, как выглядят гули! Мерзкие, склизкие твари, живущие в озёрах и реках и обгладывающие утопленников до костей.

Белая змея за всю свою жизнь ни разу к мясу не притронулась и питалась исключительно виноградом, а внешностью своей – и змеиной, и обращённой – гордилась: змеи вообще красивы, а белые – особенно.

Распалившись, белая змея послала царского евнуха к упомянутым речным гулям. За немокнущей вуалью.

Это ведь даже не загадка была. Белая змея это со зла сказала, припомнив древнюю легенду о Цзяосяо – волшебной ткани, которую якобы ткут русалки, используя для этого собственную кровь. Белая змея считала, что это полная чушь: из крови нить не вытянуть, как ни старайся, она один раз пробовала – из интереса. Кровь сворачивается или испаряется, но в нить не превращается. Из неё даже узелок не завяжешь, куда там целую вуаль выткать!

Белая змея мстительно подумала, что эту загадку им нипочём не разгадать. Она ведь и сама не знала ответ и надеялась придумать его, пока людишки ищут русалок. Не в её правилах было загадывать неразрешимые загадки, просто так получилось.

Белая змея и подумать не могла, что царь найдёт ответ раньше, чем это сделает она сама! Взял и бросил её в дворцовый пруд и изрёк при этом: «Та вуаль не намокнет, что уже намокла».

Белая змея не любила воду и так разозлилась, что влепила царю оплеуху, не поскупившись на эпитеты и метафоры, коих у неё в запасе было превеликое множество. Но уже потом, поразмыслив над ответом, белая змея решила, что и сама не придумала бы лучше.

А царь неловко попытался с ней помириться. Вероятно, стоило принять его извинения, но змеиная натура если взыграла, так не остановишь. Белая змея потребовала, чтобы к ней не входили сто дней. Ей как раз было пора погрузиться в культивационную спячку. Она нисколько не тревожилась: царь всегда исполнял её пожелания, а значит, придёт только через сто дней.

Ли Цзэ, быть может, так и поступил бы. Но белая змея не учла одного – царского евнуха, который сумел саботировать решение царя не входить к царской наложнице нужный срок.

Белая змея как раз приняла истинный облик, когда дверь в покои с треском распахнулась. Она метнулась в тёмный угол, чтобы спрятаться, но чья-то рука бесцеремонно ухватила её за хвост и потянула из укрытия.

Белая змея упиралась, как могла, но тянувший за хвост оказался сильнее и вытащил её на свет. В Мэйжун превратиться она не успела, так и осталась в обличье Су Илань, потому что внутреннее равновесие значительно пошатнулось: ну ещё бы, за драгоценный хвост схватили!