Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 176 – Джин Соул

— Или кто, – сказал Мин Лу. – Я император.

— Если позволишь Сяогуну остаться, – вкрадчиво сказал Ван Жунсин, – он приструнит министров. Ты и выезжать из дворца тогда смог бы свободно.

— А что, царям уже и из дворца выезжать запрещено? – поразился Чжу Вансян. – Как можно править царством, которого не видел и не знаешь? Цзэ-Цзэ министры тоже пытались во дворце запереть.

— И что он сделал? – с интересом спросил Мин Лу.

— Точно уже не припомню, – задумчиво сказал Чжу Вансян, – но вопрос этот больше никогда не поднимался. Юань-эр, ты не помнишь, что Цзэ-Цзэ тогда сказал?

Ван Жунсин слегка смутился:

— Ну… то, что царю говорить не полагается… а императору слышать, – добавил он, заметив, что Мин Лу навострил уши. – Наш царь иногда… крепко выражался, а угроза в грубой форме действует моментально.

— Да что он сказал-то? – нетерпеливо спросил Мин Лу. – Я же теперь думать об этом буду.

— Можешь спросить у Цзэ-Цзэ, – предложил Чжу Вансян и засмеялся.

— Жунсин! – требовательно сказал Мин Лу.

Ван Жунсин ответил, тщательно подбирая слова:

— Благовоспитанному юноше и вообще приличному человеку такое говорить не подобает. Но если перефразировать, то… он пригрозил им унижением человеческого достоинства и лишением достоинств мужских путём… хм… показательного подвешивания за упомянутые достоинства.

— А! – сказал Чжу Вансян. – Я вспомнил. – И он крепко прижал ладонь к губам, чтобы не расхохотаться.

— Не стал бы бог войны так говорить, – неуверенно возразил Мин Лу. – Он степенный и… и вообще…

— О-о-о… – глубокомысленно протянул Чжу Вансян, – если копнуть глубже, то в любом можно такое выискать!

— Даже у монахов?

Чжу Вансян поморщился, но Мин Лу в этот раз не намекал на сожжение монастыря, а просто спрашивал, поскольку монахи считались во все времена людьми безупречными. Ван Жунсин покраснел.

— А ты-то почему краснеешь? – поразился Мин Лу. – Я разве что-то непристойное спросил?

— Нет, – смущённо сказал Ван Жунсин, – просто я… В конце жизни я ушёл в монахи и…

— Ты?! – вытаращил глаза Мин Лу.

— Гм… да, – ещё смущённее подтвердил Ван Жунсин.

— О-о-о! – опять протянул Чжу Вансян. – А что он после смерти выделывал!

— Что? – разом спросили Мин Лу и Ван Жунсин.

— А разве вы не слышали легенду о Горе-с-могилой? – удивился Чжу Вансян и не без удовольствия рассказал её.

Мин Лу и Ван Жунсин были одинаково потрясены.

— И… как покойнику удалось вместе с гробом… – заикаясь от волнения, начал Мин Лу. – Да такого просто не может быть! Жунсин?

— От-откуда мне знать, что я делал, когда умер? – страшно смутился Ван Жунсин. – Высшие силы могли вмешаться, или злые духи подшутили.

— Хорошие шуточки! – воскликнул Мин Лу. – Если бы я такое увидел…

Он осёкся и подумал, что и без того уже много чего навидался, но если бы у него на глазах из земли вылез гроб с покойником или покойник из гроба, то вряд ли он смог бы ночами спать спокойно. Покойники – это страшно. Даже демоны не так страшны: они всё-таки хоть и демоны, но живые.

А Ван Жунсин вдруг сообразил, что монастырь, о котором шла речь, именно тот, в который он Цинь Юанем ушёл в конце жизни. Но он не мог припомнить, чтобы в монастыре хранились какие-то волшебные артефакты, хотя… С тех пор прошли тысячи лет, монастырь мог и разжиться одной или парочкой редких вещиц.