Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 130 – Джин Соул

Откатившись назад от неприступной дальней стены, Тьма раскинула щупальца в разные стороны, пробуя на прочность комнатные перегородки и потолок. Часть щупалец спиралью завилась вокруг фигуры Ху Фэйциня, практически скрывая её в чёрном пламени: даже обезумев, Бай Э всё ещё оберегал свой Сосуд. Приблизиться к нему оказалось невозможно, слепых зон у Тьмы попросту не было. Ху Вэй, скрежеща зубами, отступил, впился пальцами в надлобье. Мысли копошились в голове, но ни одной дельной выискать не удалось.

От лисьего всплеска Ху Вэя удерживало лишь то, что этим он Ху Фэйциню не помог бы, только всё усложнил: два взбесившихся демона для одного дома – это уже чересчур! Ху Вэй люто сожалел, что проявил небрежность в обучении. До появления в мире демонов Лисьего бога никто понятия не имел, что такое Тьма на самом деле. Считали её проклятием Небес, но, вероятно, среди лисьих техник могло найтись что-нибудь полезное.

И вот тут у него заволновался невидимый хвост.

— Это ещё что? – пробормотал Ху Вэй, попятившись от внезапно вздыбившегося прямо перед ним пола.

Обычно так ростки травы или деревьев пробиваются через камни, но сейчас проклюнулось беловатое сияние, скрученное в тугой цветочный бутон. Тьма всколыхнулась, реагируя на него, и Ху Вэй расслышал яростное:

— Ты! Верни его! – прежде чем чёрная волна взвилась и обрушилась прямо на сияющий бутон, расплёскивая уродливые кляксы во все стороны.

Ху Вэй отпрянул и прикрыл рукавом лицо. Капли Тьмы, как уголья, прожгли рукав.

Цветочный бутон оказался Тьме не по зубам. Он легко ускользнул от удара, увеличиваясь в размерах и начиная раскрывать лепестки один за другим. Теперь стало видно, что это белый лотос, каждый лепесток которого был помечен сияющей лигатурой. Тьма преследовала лотос по всей комнате, но он продолжал чудесным образом ускользать, словно вытанцовывая вокруг чёрной волны по линиям невидимой мандалы.

Чем больше раскрывался лотос, тем явственнее становилась исходящая от него аура. Ху Вэю она была знакома. И Бай Э, видимо, тоже, поскольку, почуяв её, он рассвирепел окончательно и столько силы вложил в следующую атаку, что весь дом содрогнулся. От неё лотос уклоняться не стал, но при этом вспыхнул так ярко, что на секунду Ху Вэя ослепило.

Лепестки лотоса раскрутились в рукава и подол белого одеяния, и вот уже Тьма, вернее, Бай Э, с которого стекало вниз чёрное облачение Тьмы, яростно рычал, прижатый за горло к уцелевшей стене высоким, сияющим белизной волос мужчиной. Он нисколько не был похож на того, кто явился в дворцовый сад, чтобы наказать провинившихся владык ада, но Ху Вэй совершенно точно знал, что это Владыка миров. Эту ауру он бы ни с какой другой не перепутал.

— Ну и что вы здесь устроили? – пожурил Владыка миров прижатого к стене Великого.

Тело Ху Вэя отреагировало быстрее, чем он от себя ожидал. Он ещё не успел додумать мысль, что Ху Фэйцинь в опасности, как уже летел к Владыке миров, окружённый лисьим огнём, чтобы освободить Бай Э. Вот только Владыка миров оказался ещё быстрее, и Ху Вэй влетел горлом прямо в выставленные ему навстречу пальцы левой руки демиурга. Вырваться Ху Вэй не смог, хоть и пережал Владыке миров запястье обеими руками, воспользовавшись всей имеющейся в нём лисьей силой. Кости любого другого существа давно сломались бы, как соломинки, но Владыка миров даже не поморщился. С тем же успехом можно было пытаться сломать гору. Быстрый, вполглаза взгляд – и духовная волна, исходящая из ладони демиурга, снесла лисьего демона в сторону и пришпилила к стене невидимыми путами. Ху Вэй зарычал, задёргался, но разорвать их не смог: чем яростнее он сопротивлялся, тем туже они стягивались.