Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 202 – Джин Соул

— Не думаю, что кисть следует использовать для… этого, – неуверенно предположил Ху Фэйцинь. – После смерти лисьи демоны перерождаются в демонов ада, а вытащить кого-то из ада… Да и Вечный судия не стал бы стоять и смотреть, как попирают законы Мироздания… если бы вообще заметил… Но уж Владыка миров точно… хотя вряд ли.

— О… – грустно вздохнула Ху Сюань, – всё настолько плохо?

— Какая безответственность, – хмыкнул Лао Лун.

Ху Фэйцинь приподнял и опустил плечи. Но, быть может, обоим Владыкам ответственности прибавят их нынешние спутники? Ху Баоциня Ху Фэйцинь знал очень плохо, но в Шэнь-цзы был уверен.

— Лисий путь, – сказала вдруг Ху Сюань.

Лао Лун и Ху Фэйцинь поглядели на него с удивлением.

— Что «лисий путь»? – не понял Лао Лун.

— Всё должно идти лисьим путём. Это Лисье Дао. Если дословно, то: «У каждой лисы свой лисий путь, идти по нему – никуда не свернуть». Даже если обернёшься, пройденная дорога ускользает, становясь чьей-то ещё дорогой, а не твоей. Твоя – та, что впереди тебя. Но…

Она вдруг замолчала.

— Что такое? – обеспокоился Лао Лун.

— Лунван, – сказала вдруг Ху Сюань, – разве ты не хотел бы вернуть своего сына?

Лао Лун изменился в лице.

— Лао Лун, – разволновался Ху Фэйцинь, – а ведь действительно…

— Нет, – резко сказал Лао Лун, – и не говорите больше об этом со мной никогда.

— Это, конечно, нарушило бы Великое Равновесие…

— Плевать я хотел на Великое Равновесие! Дело вовсе не в нём, – отрезал Лао Лун. – Возвращать мёртвых драконов нельзя ни в коем случае.

— Драконье Дао? – осторожно предположила Ху Сюань, уже жалея, что вообще заговорила об этом.

— Драконы редко умирают хорошей смертью, а драконья злоба или одержимость не иссякнет даже через тысячу лет. Возвращённый дракон будет лишь сеять хаос и разрушение, он не будет тем драконом, каким был при жизни. Я никогда бы не допустил подобного, – угрюмо закончил Лао Лун.

— О, как у драконов всё сложно, – пробормотал Ху Фэйцинь.

— К тому же, – сказал Лао Лун уже привычным, слегка насмешливым тоном, – у меня вся жизнь впереди, сыновья у меня еще будут и непременно все кудрявые!

— Что это ты такое говоришь? – покраснела Ху Сюань, но невольно почувствовала облегчение, что Лао Лун стал прежним.

А Лао Лун принялся гадать вслух, на кого были бы похожи их с Ху Сюань дети. Драконья кровь и кровь лисьих демонов одинаково сильна, поэтому нельзя сказать наверняка, были бы это кудрявые драконы или чешуйчатые лисы, а может, драконы с девятью лисьими хвостами или лисы с одним, но драконьим.

— Лисьи боги, что ты несёшь! – накрыла лицо ладонью Ху Сюань.

А Ху Фэйцинь порадовался, что Ху Вэя при этом разговоре не было.

Явление встрёпанного Ху Вэя было встречено сдержанным интересом, он это заметил и разозлился ещё больше, у него даже щёки стали пунцовыми от прилившей гневной крови.

— Ты! – рявкнул он на Ху Фэйциня. – Ты это умышленно сделал!

— Что? – с искренним недоумением уточнил Ху Фэйцинь.

— Решил за всё отыграться! Ху Фэйцинь ничего подобного не делал, даже не думал об этом прежде, ну, быть может, только чуть-чуть и то задней мыслью, но сейчас, когда Ху Вэй заявил это ему в глаза, удержаться и не ерничать было просто невозможно.

— Что ж, – изрек Ху Фэйцинь, зажимая подбородок двумя пальцами, – но ведь ты хорошо со мной обращался.