Онлайн книга «Адмирал Империи – 61»
|
Камеры-дроны — десятки, может быть, сотни маленьких летающих устройств — кружили над толпами, фиксируя каждый момент этого стихийного празднования. Их объективы ловили лица людей: смеющиеся и плачущие, молодые и старые, красивые и некрасивые. Лица, на которых был написан один и тот же вопрос: «Неужели это конец войны?» Журналисты пробивались сквозь людское море, ведя прямые репортажи. Их голоса срывались от волнения, а глаза блестели. Они тоже были частью этого народа… …Новостные ленты взорвались. На десятках каналов голонета шли прямые трансляции с улиц Москва-сити. Операторы снимали «морпехов», занимающих здания, и толпы, приветствующие их цветами и аплодисментами. Комментаторы захлёбывались словами, пытаясь описать происходящее. Эксперты строили предположения о том, что будет дальше. Канал «Имперские Новости» — официальный рупор администрации Грауса — замолчал: его студии заняли космопехи Хромцовой, его сотрудников взяли под «временную охрану», а передатчики отключили. Впрочем, молчание длилось недолго. Уже через час на той же частоте появилась новая картинка — молодой диктор в форме императорского космофлота, читающий обращение от имени «законного правительства императора Ивана Константиновича». — Граждане Новой Москвы! — говорил он, глядя прямо в камеру. — Сегодня великий день. Сегодня наша планета возвращается под защиту законной императорской власти. Войска, которые вы видите на улицах — это не оккупанты и не захватчики. Это ваши братья и сёстры, пришедшие освободить вас от тирании самозванца Птолемея Грауса… На другом канале — «Голос Воли», подпольной станции, которая годами вещала из подвалов и бункеров — шёл совсем другой репортаж. Там не было дикторов в форме, только трясущаяся картинка с камеры-дрона, летящего над толпой у здания Сената. — Вы видите это⁈ — кричал невидимый оператор, и в его голосе слышались слёзы. — Вы видите⁈ Они пришли! Они наконец-то пришли! Смотрите — люди выходят на улицы! Тысячи людей! И они не боятся! Впервые за все это время — они не боятся! Кадры сменяли друг друга: «морпехи», ставшие героями, у разрушенного здания полиции; офицер в экзоскелете, помогающий пожилой женщине перебраться через завал из обломков; группа солдат, позирующих для голофото с детьми, которые облепили их со всех сторон, как мухи сладкое. И параллельно — другие кадры, другие репортажи. С орбиты, где корабли вице-адмирала Пегова добивали остатки флота Грауса в секторе верфей. С разрушенных эллингов, где догорали ремонтные доки и причальные фермы. С орбитальных колец, превратившихся в облака обломков — памятник тому, что случается, когда машина решает, что знает лучше человека. — Потери противника, — сухо комментировал военный аналитик на одном из каналов, — составляют более восьмидесяти процентов личного состава и техники. Орбитальная оборона системы полностью уничтожена. Сопротивление на поверхности носит единичный и неорганизованный характер… Вся система «Новая Москва» превращалась в гигантскую сцену, на которой разыгрывалась драма смены власти. И весь сектор — а может, вся Империя — наблюдал за этим представлением, затаив дыхание… |