Онлайн книга «Адмирал Империи – 61»
|
Она не знала ответов на эти вопросы. И прямо сейчас ей было всё равно. Потому что там, посреди двора, гибли дети. Её дети — если не по крови, то по духу. Курсанты Нахимовского, такие же, какой она сама была когда-то давно. С теми же мечтами о звёздах и подвигах, с той же верой в Империю, долг и честь. С той же отвагой — отчаянной, безрассудной отвагой молодости, которая не знает страха, потому что ещё не научилась по-настоящему бояться. Они гибли. И это её люди убивали их. — Прекратить огонь! Её голос в эфире сорвался на крик — хриплый, надтреснутый, почти неузнаваемый. — Всем подразделениям — прекратить огонь! Немедленно! Выстрелы стихли не сразу — сначала поодиночке, потом группами, потом полностью. Космопехи замерли, не понимая приказа, не веря своим ушам. Только что им велели никого не оставлять в живых — и вот теперь приказывают прекратить? Но курсанты-то не прекратили. Те из них, кто ещё стоял на ногах, продолжали наседать, окрылённые тем, что враг перестал стрелять. Они ударяли прикладами по бронированным корпусам, пытались просунуть штыки в сочленения «Ратников», стреляли в упор, не понимая и не зная толком, где их пули могут пробить нимидийскую сталь бронескафа. — Отходим! — Агриппина Ивановна кричала так громко, что связки, казалось, вот-вот лопнут. — Всем отступить со двора! Не стрелять! Повторяю, оружие не применять! Отгоняйте их от себя — с минимальными повреждениями! Морпехи попятились, отступая к арке, через которую ворвались во двор несколько минут назад. Курсанты их по-прежнему преследовали. Несмышленые и на адреналине они думали, наверняка думали, что это их атака заставила врага бежать. Что они победили. Что отвага и самопожертвование оказались сильнее брони и огневой мощи. Пусть думают. Пусть верят в это, если им от этого легче. Космопехи отступали через холл, мимо тел защитников, которых они сами убили несколько минут назад. Отступали к выбитым дверям, к площади перед зданием, к своим шаттлам. Отталкивали особо настырных курсантов — без штыков, без выстрелов, просто бронированными руками. Кого-то сбивали с ног, кого-то швыряли в сторону — но никого больше не убивали. Агриппина Ивановна уходила одной из последних. И перед тем как покинуть двор, она обернулась. На другом конце, у противоположного входа, всё ещё стоял Птолемей Граус. Он смотрел на неё через пространство, заваленное телами курсантов. И все также улыбался. Той самой улыбкой, которую Хромцова видела на экранах голографических билбордов. Улыбкой человека, который знает, что выиграл. Он всё рассчитал. Курсанты были его последним козырем. Живым щитом, который она не смогла пробить. Не физически — физически её морпехи легко справились бы с этими храбрыми подростками даже если их было в пять раз больше. Но морально. От тот железной женщины, которая над телом Сабины Котовой поклялась никого не оставлять в живых, не осталось и следа. Агриппина Ивановна отвернулась от этой улыбки и шагнула в темноту коридора. Её штурмовики отступали вместе с ней, покидая здание Адмиралтейства… |