Онлайн книга «Адмирал Империи – 61»
|
Первые ряды атакующих несли переносные бронещиты — прямоугольные пластины из нимидийской стали, способные выдержать прямое попадание из станкового пулемёта. За этими щитами укрывались гранатомётчики с короткоствольными РГ-16, и их оружие заговорило, выплёвывая осколочные заряды направленного действия за баррикады противника. Взрывы рвались среди защитников, разметая импровизированные укрытия, выкашивая тех, кто за ними прятался. Крики раненых смешались с грохотом стрельбы, с треском разлетающейся мебели, с лязгом падающего металла. Дым и пыль заволокли холл, превращая его в подобие преисподней — мерцающей от вспышек выстрелов, наполненной запахом крови, пороха и горелого дерева. Космопехи Хромцовой шли вперёд, прикрываясь щитами, поливая противника короткими очередями. Они не останавливались, потому что в ближнем бою побеждает тот, кто атакует, кто навязывает свою волю, кто не даёт противнику опомниться и перегруппироваться. Когда дистанция сократилась до рукопашной — для защитников всё стало ещё хуже. Агриппина Ивановна ворвалась в холл со второй волной атакующих, и картина, открывшаяся её глазам, напомнила полотна древних художников — тех, что изображали адские муки грешников с болезненной детализацией и странным наслаждением от страданий изображённых. Космопехи в тёмных «Ратниках» сошлись с «преображенцами» в из золоченой броне, и между ними не осталось места для выстрелов — только для стали и плазмы, для ударов и захватов, для той первобытной, звериной схватки, которая решает, кому жить, а кому умереть. Плазменные штык-ножи на концах винтовок вспыхнули голубоватым светом, наполняя воздух характерным треском ионизированного воздуха и запахом озона. Температура этих лезвий достигала трёх тысяч градусов — достаточно, чтобы резать броню, как нож режет масло. «Морпехи» работали ими умело, экономно, без лишних замахов и красивых финтов — короткие выпады в уязвимые места, быстрые уходы от ответных ударов, добивающие движения по упавшим. Офицеры Адмиралтейства, у которых были плазменные сабли — больше церемониальное оружие, положенное каждому космофлотскому офицеру, но редко используемое в реальном бою, тем более штабистами — пытались противостоять этому натиску. Их клинки горели ярче и были длиннее штык-ножей, и некоторые из защитников действительно умели ими пользоваться. Но сабля — оружие для поединка или для дуэли, для боя один на один, где есть место манёвру и фехтовальному искусству. В давке рукопашной схватки, где к тому же на каждого офицера наваливались двое-трое штурмовиков в тяжёлой броне, это преимущество испарялось. Один из морпехов — приземистый, широкоплечий даже в экзоскелете — поймал удар офицерской сабли на предплечье своего «Ратника». Металл зашипел и начал оплавляться под плазменным лезвием, но бронепластина выдержала. А штык-нож штурмовика уже входил противнику под мышку. Офицер захрипел, выронил оружие и осел на пол, зажимая смертельную рану рукой… Рядом разворачивалась другая сцена. Молодой адъютант в расстёгнутом мундире, с табельным пистолетом в трясущихся руках, палил в наступающего космопеха почти в упор. Пули высекали искры из нагрудной пластины, оставляли царапины и вмятины, но не могли пробить нимидийскую сталь. Штурмовик даже не стал тратить время на активацию штыка — просто ударил противника бронированным кулаком в лицо. Хруст костей, брызги крови, и тело отлетело к стене, сползая на пол бесформенной грудой… |