Онлайн книга «Город потерянных душ»
|
Вопрос оказался неожиданно сложный. Саймон задумался: будь он Джейсом, сказал бы: «Один из нефилимов». Будь он Магнусом, сказал бы, что он дитя Лилит и Верховный маг. Клэри с Разиэлем уже встречалась, так что разобрались бы. Но он был просто Саймоном, без всяких титулов и подвигов. — Саймон Льюис, – наконец ответил он, положив книгу и выпрямившись. – Дитя ночи и… ваш слуга. «Мой слуга? – переспросил Разиэль ледяным тоном. Как пса подозвал меня и смеешь называться моим слугой? Мне следует испепелить тебя, примером сделав для других. Даже моим нефилимам запрещено призывать меня. Так почему для тебя исключение сделать мне должно, светолюб?» Наверное, не стоило удивляться, что ангел все о нем знает, но от этого всеведения было жутковато. Как от ангельских размеров. Почему-то он представлял Разиэля почеловечнее. — Я… «Думаешь, я пощажу тебя, потому что в твоих жилах течет кровь моего потомка? Что ж, ты ошибся. Небеса милостивы лишь к тем, кто того заслуживает. Но не к тем, кто нарушает наши Законы». Ангел поднял руку, направил палец на Саймона. Саймон напрягся. В этот раз он не пытался ничего сказать, только повторял про себя: «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть…[34]» «Что это за метка? – вдруг озадаченно спросил Разиэль. Что за метку ты на лбу носишь, дитя?» Огромная рука медленно опустилась. «Я убил бы тебя, но метка мешает мне. Лишь божественная длань может ее оставить, но то не она. Как это возможно?» Очевидное замешательство ангела придало Саймону уверенности. — Это была длань одной из ваших дочерей. Она нефилим. Очень талантливая. Она поставила эту метку, чтобы защитить меня. – Он подошел к краю круга. – Разиэль, я пришел попросить у вас кое-что от имени нефилимов. Они в смертельной опасности. Одного из них обратили к тьме, и он угрожает всем остальным. Им нужна ваша помощь. «Я не вмешиваюсь». — Но вмешались же. Джейс умер, но вы его оживили. Мы, конечно, все были рады, но, если б он остался мертвым, ничего бы этого не случилось. Так что тут и ваша ответственность. «Пусть я покарать тебя не в силах, – задумчиво произнес Разиэль, – но и желаемое воздавать тебе не должен». — Я же еще не сказал, чего хочу. «Об оружии ты просишь, способном Джонатана Моргенштерна отсечь от Джонатана Эрондейла. Убить одного и спасти другого. Но проще пресечь обе жизни разом. Ваш Джонатан был мертв, и смерть все еще желает его, как и он желает смерти. Думал ли ты об этом?» — Нет, – ответил Саймон. – Я знаю, по сравнению с вами мы ничто, но мы не убиваем своих друзей. Мы пытаемся их спасти. Если это неугодно Небесам, зачем тогда нам вообще дали способность любить? – Он отвел волосы со лба, показывая метку. – Хорошо, не помогайте мне. Но раз вы не можете меня убить, я буду вызывать вас снова и снова. Жать на кнопку вашего небесного звонка… вечно. Разиэль вдруг усмехнулся. «Упрям и упорен, истинный воин народа своего, как Симон Маккавей, чье имя носишь. Он отдал все, что имел, своему брату Ионафану. Готов ли ты отдать все, что имеешь, своему Джонатану?» — Это не только ради него, – ответил Саймон, немного сбитый с толку. – Но да, я отдам вам все, что захотите. «А если я дам тебе то, чего алчешь, поклянешься ли ты никогда больше не донимать меня?» — Да, без проблем. |