Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 486 – Джин Родман Вулф

Гиацинт кивнула, и тут Бивень заметил, что глаза ее полны слез.

— Иносущий… Ты его вправду там видел, кальд? – спросил он.

— Да, Бивень, во сне, стоявшим на водной глади. Мне оставалось сказать тебе лишь об одной вещи, и я не вижу, отчего бы не сделать это прямо сейчас: от Гиацинт с Крапивой тут никаких тайн нет. Видишь ли, любовь не помнит обид. Я знаю, что Гиацинт не изменит мне никогда в жизни, не хуже, чем ты знаешь, что Крапива никогда в жизни не изменит тебе, но если даже изменит – хоть раз, хоть тысячу раз – моя любовь к ней останется прежней.

Гиацинт, едва ли не в ярости оттолкнувшись от стенки воронки, поднялась на ноги.

— Ну, все, с меня хватит! Слышать этого больше не могу! Не могу и не буду!

— Тогда идем, – откликнулся Шелк и начал карабкаться вниз, к бреши в стене коридора.

— Никуда я не пойду! – завопила Гиацинт. Прекрасное лицо ее исказилось в гримасе лютой злобы. – Ты об этих местах рассказывал, и сама я их видела, и… там ужас, ужас! Сам же сказал: все шлюпки переломаны, это Чистику досталась целая, а ты только надеешься их починить, и из-за этого целый город готов отдать, бросить!

Развернувшись, она пулей помчалась прочь и, не успев сделать пяти шагов, скрылась из виду в круговерти метели.

Шелк бросился было за ней, но в спешке оступился и вместе с осыпавшейся землей соскользнул почти к самому дну воронки, к Крапиве, устремившейся за ним, стоило ему снова начать подъем.

Взобравшись наверх, он со всех ног побежал следом за Гиацинт. Бивень с Крапивой не отставали. Вскоре одна из бомб разорвалась так близко, что земля под ногами вздрогнула, и Шелк остановился.

— Уходите. Уходите скорее, оба. Вместе, ну?

Глаза его сверкали огнем даже в полумраке метели.

— Понимаешь, Крапива? А ты, Бивень? Я отыщу ее, раздобуду карточки, чтобы хватило для починки еще одной шлюпки, а вы поспешите вниз, найдите Его Высокомудрие и расскажите ему обо всем. Если успеем, придем прямо к шлюпкам.

Крапива стиснула руку Бивня изо всех сил.

— Уводи его, – велел Шелк. – Потребуется, хоть силой тащи.

С этим он подал Крапиве иглострел, однако Крапива без лишних слов показала ему свой, когда-то принадлежавший Сабе. Кивнув, Шелк сунул оружие за брючный пояс и, точно призрак, скрылся в снегу.

— Шелк?! – донесся откуда-то сверху резкий, хриплый крик его ручной птицы. – Шелк?! Шелк?! Шелк?!

Примерно две дюжины ударов сердца Крапива с Бивнем стояли рядышком, глядя ему вслед, гадая, что припасло для них будущее, а после в один и тот же миг улыбнулись; Крапива вручила Бивню иглострел; оба, не разнимая рук, вернулись к воронке, спустились к бреши, проделанной взрывом бомбы в стене коридора, и двинулись на поиски матери Бивня, дожидавшейся их под землей.

Строками, которые вы только что прочли, я собирался завершить «Книгу о Шелке», ибо больше мы его не видели. Сим дополнением я отвечаю на критические замечания и вопросы, адресованные нам теми, кто прочел предыдущие разделы, выправленные и переписанные Крапивой (ее почерк куда разборчивее моего).

Многие из вас призывают меня пересказать всю эту историю от собственного, подлинного лица, ограничившись лишь тем, что видел я сам, и, по сути, сделав себя главным ее героем. Отвечу: подобный рассказ по силам написать любому из вас. Перо вам в руки, дерзайте.