Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 272 – Джин Родман Вулф

Сийюф взглянула на него.

— Разве у ваших кавалеристов нет ремонтных лошадей?

Жесткий, немигающий, взгляд генералиссимы обескураживал не на шутку.

— У нас, – поспешил вмешаться Оозик, – принято иметь по две лошади на каждого конного штурмовика. Штурмовик обязан обеспечивать им уход и ездить на них поочередно, если только какая-либо не захромает. В мирное время обычно ездят день на одной, день на другой.

— А ты, генералиссимо? Сам ты служил в кавалерии? Был ли… у нас говорится «кавалеристка», но вы, видимо, выражаетесь иначе. Наверное, «кавалер»… нет, «кавалерист»?

Оозик слегка склонил голову.

— Совершенно верно, генералиссима. Нет, в кавалерийских частях я, как и большинство наших офицеров, не служил. Кавалерии у нас всего по роте на бригаду, хотя во Второй на данный момент две. В кавалерии служит мой сын.

Сийюф впервые на памяти Шелка улыбнулась. При виде ее улыбки Шелк без труда смог представить себе, как ее подчиненные рискуют жизнью, только бы заслужить этакий знак одобрения.

— Надеюсь, мне выпадет случай с ним познакомиться… допустим, завтра, или еще днем позже. Интересно было бы побеседовать с ним о лошадях.

— Он почтет это за честь, генералиссима. К несчастью, в данный момент сын нездоров.

— Вот как? – Сийюф устремила взгляд на колонны, оживление в ее голосе сменилось равнодушием. – Прискорбно… как жаль, что здесь приходится драться мальчишкам!

За табуном лошадей под арку вошли впряженные в пушку мулы.

— Я думал, это будут верблюды, – заметил Шелк.

— Лошади и верблюды не терпят друг друга, – рассеянно откликнулась Сийюф. – Их лучше держать раздельно. Мулы куда более…

Запнувшись, она в задумчивости щелкнула пальцами.

— Уживчивы, – подсказала Саба. – Не брезгуют верблюдами, в отличие от большинства лошадей.

— Неужели на каждое из этих тяжелых орудий их вправду требуется целых восемь?

— Здесь, на улице, мощенной тесаным камнем? Нет. Однако в наших пустынях, на бездорожье, порой нужно намного больше. Тогда одному из орудий приходится ждать, одолжив упряжку другому. Я сама видела, как шестнадцати мулам не удалось вытащить из грязи одну-единственную гаубицу… правда, не в этом походе, иначе мы бы сюда еще не дошли.

— Разве ты не заметил смешанных орудийных расчетов, кальд? – полюбопытствовала Саба. – Я уже приготовилась к расспросам о них.

— Просто я привык к работе с женщинами, генерал, прежде чем стал кальдом, – объяснил Шелк. – В мантейоне, с майтерой Мрамор и майтерой Мятой… а также с майтерой Розой, пока она не оставила нас. Ваши смешанные расчеты мне кажутся куда обычнее, чем… – Запнувшись, он призадумался в поисках наиболее безобидного выражения и смущенно закончил: – Чем наоборот, из одних только женщин или мужчин.

— Мужчины правят мулами и подносят снаряды. Это им удается немногим хуже, чем женщинам. Женщины наводят орудия и ведут огонь.

— А где же генералиссима Мята? – спохватилась Сийюф. – Не ее ли ты только что назвал… матерью Мятой? Или это две разные женщины, носящие одно имя?

— Нет, это одна и та же особа. Не только генералиссима, но и сибилла – совсем как я, авгур и в то же время кальд.

Соблазн добавить, что первое занятие он надеется вскоре оставить, Шелк с грехом пополам одолел.

— Возможно, она возглавит свою колонну?

— Боюсь, нет…