Онлайн книга «Литания Длинного Солнца»
|
— А там, – пилот ткнул большим пальцем в сторону желтого дома, – только-только спать укладываются. До полудня, надо думать, продрыхнут… и я тоже, если получится, – добавил он, с хрустом потянувшись и зевнув во весь рот. Шелк устало кивнул. — Чем же они там занимаются? — У Орхидеи-то? – Пилот, обернувшись, в изумлении уставился на него. – Про заведение Орхидеи все знают, патера. — Я – нет, сын мой. Посему и задал вопрос. — Там… Ну, сам понимаешь, патера. У нее там девиц проживает десятка, наверное, три. Устраивают представления и тому подобное, что ни день – вечеринки, праздники… То есть праздники для других. За это люди им платят. — Приятная, видимо, жизнь, – вздохнул Шелк. — Бывает хуже, патера. Вот только… Откуда-то из недр желтого дома донесся пронзительный визг. За визгом тут же последовал звон бьющегося стекла. Пробудившийся к жизни двигатель встряхнул пневмоглиссер, точно пес – изловленную крысу. Не успел Шелк возразить хоть словом, как машина взвилась в воздух и понеслась вдоль Ламповой улицы, распугав шарахнувшихся в стороны пешеходов, а запряженную ослом повозку зацепив с таким грохотом, что Шелку показалось, будто повозка разлетелась вдребезги. — Постой! – крикнул он пилоту. Резко свернув за угол, пневмоглиссер накренился бортом к земле и потерял так много высоты, что чиркнул краем капота по дорожной пыли. Вмиг позабывший и о боли, и о разодранном когтями белоглавого плече, Шелк обеими руками вцепился в поручень. — Возможно, это и есть… Ну, то самое, что не дает им покоя! Поворачивай назад и позволь мне сойти! Улицу впереди от края до края перегородили фургоны. Пневмоглиссер замедлил ход, вильнул вбок, под самую стену портняжной мастерской, и кое-как разминулся с парой понесших лошадей. — Патера, они сами справятся. Им не впервой, я ведь тебе говорил. — Но мне, – начал Шелк, – следует… — У тебя и с ногой, и с рукой дела – хуже некуда, – непреклонно оборвал его пилот. – Вдобавок что, если тебя заметят входящим в… в этакое заведение посреди ночи? Завтра днем – еще ладно, хотя тоже хорошего мало… Шелк отпустил обтянутый кожей поручень. — Неужто ты вправду так поспешил с отъездом единственно из опасений за мою репутацию? С трудом верится, знаешь ли. — Обратно я не поеду, патера, – упрямо ответил пилот, – и сам ты, при всем желании, навряд ли сможешь туда дойти. Куда нам теперь? То есть в какой стороне твой мантейон? Пневмоглиссер притормозил, повис в воздухе. Оглядевшись, Шелк обнаружил, что они уже на Солнечной, хотя с тех пор, как машина миновала талоса у ворот виллы Крови, прошло никак не более получаса. Так-так… Пост стражи, загаженная птицами статуя советника Долгопята… — Налево, – рассеянно отвечал он. – Надо бы велеть Бивню – он у нас не лишен художественного вкуса – и еще кому-нибудь из старших мальчишек раскрасить фасад нашего мантейона… Хотя нет. Сначала палестру, а после возьмемся и за мантейон. — О чем ты, патера? — Не беспокойся, сын мой: это все так, мысли вслух. Изначально оба фасада почти наверняка украшали росписи, и, может быть, в грудах бумаг на чердаке обители авгура даже найдется описание их первоначального вида. Если удастся раздобыть денег на краски и кисти… — Патера, нам еще далеко? — Еще шесть перекрестков, и мы на месте. |