Книга Литания Длинного Солнца, страница 109 – Джин Родман Вулф

— Лучше я просто опущу верх, патера. Так будет малость спокойнее.

На опустившийся рядом, посреди улицы, пневмоглиссер Чистик взглянул с нешуточным раздражением, однако при виде Шелка в изумлении вытаращил глаза.

— Да благословит тебя сей ночью каждый из бессмертных богов, – начал Шелк. – Хочу напомнить об обещании, данном тобою в таверне.

Чистик открыл было рот, однако почел за лучшее промолчать.

— Ты обещал заглянуть к нам в мантейон в ближайшую сциллицу, помнишь? Мне нужно убедиться, что ты исполнишь обещанное – не только ради себя самого, но и ради меня. Нам необходимо поговорить снова.

— Ага. Загляну обязательно, – закивал Чистик. – Может, завтра же, если выдастся время, а в сциллицу уж непременно. А ты, выходит?..

— Все прошло в точности, как ты предсказывал, – сообщил ему Шелк, – но, по-моему, нашему мантейону до поры до времени ничто не грозит. Доброй ночи, и да благословит тебя Фэа! Не застанешь меня в мантейоне, постучись в обитель авгура.

В ответ Чистик сказал еще что-то, однако пилот, услышав прощание Шелка, поднял прозрачный верх, отгородивший их друг от друга, а голос Чистика утонул в реве воздушных сопел.

— Ты бы, патера, поосторожней с такими ухарями, – заметил пилот, неодобрительно покачав головой. – Клинок-то у него только для виду, а под грязной рубахой иглострел спрятан, спорим?

— Ну, этот спор ты выиграешь наверняка, – признал Шелк, – однако доброго человека не обратит ко злу никакой иглострел. Подобное даже демонам не под силу.

— Так вот зачем тебе понадобилось взглянуть на заведение Орхидеи, патера? А я-то думаю…

— Боюсь, я не понимаю, о чем ты.

В этот самый момент загадка Журавля впилась в поясницу с особой силой, и Шелк извернулся, заерзал, сдвигая ее в сторону.

— Завтра после полудня мне предстоит встретиться там с твоим хозяином, и я хочу удостовериться, что приду куда следует, – добавил он, рассудив, что раскрытие планов, о которых Кровь осведомлен и без этого, ничем ему не повредит. – Желтый дом, заведение под названием «У Орхидеи»… Кажется, он упоминал о даме по имени Орхидея.

— Да, так и есть, патера. Хозяйка дома – она. Правда, на самом деле дом, а может, и сама Орхидея, принадлежит ему. Понимаешь, о чем я?

— Думаю, да… да, конечно, – подтвердил Шелк, вспомнив, что в купчей на его мантейон владельцем значится вовсе не Кровь, а Мускус. – Возможно, у Крови имеется на этот дом просроченная закладная.

Ясное дело: должен же Кровь каким-то образом обезопасить вложения на случай смерти владельца, указанного в купчей!

— Наверное, да, патера. Одним словом, ты заговорил о демонах, и я решил: может, все дело в них.

Внезапно волосы на затылке Шелка поднялись дыбом. Смешно, нелепо («Будто у пса», – подумалось ему позже), однако так оно и случилось, и Шелк пригладил их ладонью.

— Может статься, рассказав мне все, что знаешь на сей счет, сын мой, ты принесешь немало пользы не только мне, но и собственному хозяину.

Как строго наставники в схоле запрещали ему – и не только ему, всем аколуфам – смеяться над какими-либо упоминаниями о духах (услышав от Крови об экзорцизме, Шелк предвкушал обычные изумленно-наивные россказни о призрачных шагах по ночам и туманных фигурах в саванах) либо о демонах!.. Возможно, виною всему была лишь невиданная усталость, однако Шелк чувствовал: опасность рассмеяться ему сейчас не грозит ни в коей мере.