Книга Покой, страница 135 – Джин Родман Вулф

— Ну, когда я думала о детях, я вспоминала, каким милым был Хайлспорт, когда я была маленькой, но сейчас — после того, как там построили нефтеперерабатывающий завод, — все ужасно. Моя мать часто рассказывала, как росла на ферме. Денег немного, но бедняками они не были. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Боюсь, что нет.

— Они не нуждались в деньгах — в те времена можно было даже доктору заплатить курами. У них была земля и много еды, и им не требовалась модная одежда. На День благодарения ее отец обычно убивал оленя. Когда мама говорила о ферме, всегда про это рассказывала: отец должен был подстрелить оленя на День благодарения. А я кладу на стол маленьких бумажных индеек для нас с Джо и достаю настоящую из морозилки.

— Понятно, — сказал репортер.

Я заметил, что он давно перестал делать заметки.

— Если вы уже закончили, Фред, — встрял Дэн, — мы с мистером Виром покажем вам консервный цех, и вы увидите, откуда берутся коробки на складе.

Вместо того, чтобы выйти наружу и попасть в Здание Б обычным способом, мы отвели его обратно в морозильный склад и прошли вместе по конвейеру, переступая через ползущие вниз коробки.

— Удивительно, — сказал он, — тут высоко, можно стоять в полный рост. А почему вы не сэкономили, сделав конвейер по высоте равным самим коробкам?

Я объяснил, что люди должны иметь возможность проникать в корпус конвейера, чтобы делать ремонт и устранять заторы. Он сказал:

— Я словно лосось, плывущий вверх по течению на нерест, чтобы потом умереть.

Затем мы вышли на шум и яркий свет упаковочного цеха.

— Это упаковщики, — объяснил Дэн. — Мы получаем коробки плоскими, а они их разворачивают, опускают и приклеивают уголки — это может быть вам интересно.

— Выстраивают банки с соком в линию, словно игрушечных солдатиков.

— О да. И одновременно готовят коробку, складывают банки в пять слоев, причем каждый представляет собой массив четыре на пять. А если мы вот отсюда отправимся дальше вдоль производственной линии, то вы увидите заготовщиков. Они надевают крышки на наполненные банки, мы используем тот же тип машин, что и для пива. Каждый автомат заготавливает тринадцать сотен банок в минуту, не проливая ни капли. Это трудно себе вообразить, но, если бы из каждой банки пролилось по одной капле, когда она проходит через механизм, изнутри потек бы соковый ручей.

— Ничего не слышу!

Дэн взял его за руку.

— Вот, отойдите от машины. Желаете увидеть что-нибудь еще?

— Я хотел бы взять интервью у одного из операторов.

Я сказал:

— Сомневаюсь, что получится. Большинство из нынешних работниц — латиноамериканки. Они не очень хорошо говорят по-английски.

В этот самый момент они поглядывали на меня темными индейскими глазами, и мне было интересно, понимают ли они мои слова.

— Пуэрториканки?

— И американки мексиканского происхождения. Когда я был моложе, то проектировал машины для наполнения и постоянно сюда приходил; все девочки тогда говорили по-английски — в основном это были вчерашние выпускницы и молодые замужние дамы. Теперь их не заставишь выполнять такую работу, поэтому мы набираем этих женщин, привозим их. Большинство остаются всего на несколько месяцев.

— Почему вы не нанимаете местных жителей?

Дэн сказал:

— Ленивые. Откровенно ленивые. Это для них слишком трудно — сидеть на табурете и наблюдать за одной из машин.