Книга Волны и джунгли, страница 403 – Джин Родман Вулф

— Ты просил освободить тебе руки, – заговорил я, повернувшись к Ригольо. – Пожалуйста. Они свободны. Что ты теперь намерен предпринять?

Ригольо кивнул в сторону дома напротив:

— Хотелось бы поискать там. Можно?

— Что поискать? Оружие? – полюбопытствовал Сфидо. – По-моему, там даже палки, и той не найдешь.

— Что-нибудь… э-э… – Замявшись, Ригольо повернулся ко мне: – Понимаешь, меня загнали на борт Круговорота и усыпили. Как я уже рассказывал.

— Бедняга! – посочувствовал Орев, изучающе глядя на него глянцево-черным глазом.

— И если найти еще что-нибудь, что-то знакомое, узнаваемое…

Я полюбопытствовал, не узнает ли он этот дом.

Ригольо указал в сторону крыши:

— Вон там, наверху, были арки, а под арками статуи… в этом я… в этом я точно уверен… и эти статуи…

Подойдя к дому, он наклонился и принялся рыться в куче щебня у самой стены.

— Однажды мне не посчастливилось угодить в яму посреди разрушенного города Прежних, – сказал я Море. – Об этом я, кажется, не рассказывал?

Мора отрицательно покачала головой.

— А вот сейчас вспоминаю его и Град Ингуми, что на Зеленом, и думаю… Все те руины остались от древней расы Соседей, а эти, по-моему, остались от нашей… выходит, мы не уступаем им в древности, а если и уступаем, то ненамного? Как по-твоему, давно ли эти дома пустуют?

Мора только пожала плечами.

— Лет сто, наверное, – предположил Эко.

— Уверен, гораздо дольше.

С этим я подошел поближе к Ригольо, но тут Джали обхватила меня, обвила руками, точно лиана. Горячее, взмокшее от пота (а ни то ни другое ингуми вовсе не свойственно), ее тело оказалось обильно надушено какими-то сверх меры приторными благовониями, длинные темно-рыжие волосы (подлинные, отнюдь не парик) укрыли нас обоих, словно виноградные лозы – беседку в саду при мантейоне Шелка.

В ответ на попытку высвободиться она довольно, в восторге осклабилась.

— У меня теперь и зубы есть. Настоящие зубы, раджан! Прости-прощай, приснопамятная манера улыбаться одними губами! И погляди, что я теперь сделать могу!

Я посоветовал ей продемонстрировать новые способности кому-нибудь другому.

— Кому? Твоему сыну? Да, он пробовал со мною заигрывать, перед тем как мы пришли к тебе. Не слишком умел пока что…

Ригольо, выпрямившись, показал мне обломок каменной ладони примерно вдвое меньше моей.

— Вот, видишь? Статуи, – пояснил он. – Оттуда, сверху. Из-под арок. Что я говорил?

— Выходит, ты не ошибся. Но что это за изваяния? Чьи?

— Даже не… эпонимов, видимо.

— Эпонимов? И кто же они таковы?

Ригольо лишь покачал головой.

— Дом обыскать можно?

Я согласно кивнул и поспешил за ним.

— Держи его! – закричал Сфидо, увидев, как я бегу.

Однако бегства Ригольо я нисколько не опасался – напротив, был бы только рад, если б побег удалось устроить без моего соучастия. Едва он оставил меня, я понял: внутри его ждет опасность.

Понял и не ошибся. Подныривая под притолоку, я услышал, как он рухнул наземь и сдавленно вскрикнул, а оказавшись внутри (очевидно, когда-то за дверью находилась солнечная терраса), обнаружил его, борющегося с тощим, точно скелет, практически голым противником. Заметив тусклый блеск стали, я ухватил незнакомца за руку, как только нож взвился кверху, но…

Увы, мои пальцы зацепили грязное запястье лишь вскользь.

Едва нож достиг цели, Ригольо негромко ахнул, а в следующий же миг за моею спиной, совсем рядом, оглушительно грохнул выстрел из пулевого ружья. Тощий, точно скелет, разбойник замер и пронзительно завизжал, прикрывая ладонями грязное, обросшее неопрятной бородой лицо.