Книга Ледомор, страница 26 – Оксана Абрамкина

Я вскочила на ноги и кинулась прочь от ворот. Я не оглядывалась, пару раз врезалась в ледяные скульптуры на своём пути.

В какой-то момент я поняла, что мои движения скованы. Завеса оказалась так близко! Каждый шаг давался мне всё сложнее. Изо рта вырывался пар. Я взглянула на свою ладонь – она была покрыта корочкой инея. Я замерзала. Мне нужно преодолеть завесу как можно быстрее, иначе я останусь здесь, и что-то мне подсказывало, что останусь замёрзшей статуей.

Браслет на моей руке издал мелодичный звук, я совершила последний рывок и кубарем покатилась по льду уже с другой стороны завесы.

Пока я добиралась до тренировочной площадки, увидела много Ледоступов, которые улыбались и махали мне. Причины тому ясны – скалы вдоль Перелома, отделяющие нас от лавовой реки, за ночь увеличились в размерах. А это значило, что подношение было принято Снежным богом и в знак благодарности он нас вновь обезопасил от огня.

Ледоступы полагали, что Озарённый справился с поставленной задачей. Им же было неведомо, что я осмелилась пройти в покои самого Снежного бога и увидеть, что скрывается за высокими ледяными стенами.

Огонь. Тот самый, от которого он должен нас оберегать. Огонь, который может враз погубить всех, и он зачем-то нужен Снежному богу. Он принял такое странное подношение.

Я не отвечала на улыбки, обращённые ко мне. На тренировочной площадке я подошла к Брауну и бросила без всяких приветствий:

— Нужно поговорить.

Браун бросил на меня недовольный взгляд. Он как раз показывал какому-то юнцу, как правильно блокировать клинок противника внезапным раскрытием спрингклинга.

Видимо, первое, о чём подумал Браун, – это послать меня куда подальше, но, увидев моё выражение лица, он передумал.

— Иди потренируйся с кем-нибудь в паре, – бросил он юнцу, и мы отошли к краю площадки. Юнец стал в панике озираться вокруг, неловко сжимая в руках своё оружие из обычного воинского металла. В любой другой день мне даже стало бы его жалко, но не сейчас.

— Что ты знаешь о подношениях Снежному богу? – спросила я в лоб, не теряя времени.

Браун опешил, но быстро взял себя в руки и произнёс:

— Я знаю не больше любого другого жителя Ледомора.

— Да хватит! – рявкнула я. – Ты же помешан на Снежном боге! Если бы мог махнуться со мной местами, то с удовольствием сделал бы это. И ты сказал странную фразу про рыбу, предупреждая меня…

— Я просто волновался за тебя. Всё-таки первый подъём, – пожал плечами Браун. – Приношу свои извинения, если мои слова показались какими-то подозрительными. Судя по выросшим скалам, всё прошло успешно?

— Да, – буркнула я и добавила: – Если что-то знаешь…

— Скади! – воскликнул Браун. – Тебе нужно просто выполнять своё предназначение. Мыслящим не нравится, когда народ задаёт много вопросов. Неужели так сложно выполнять свою работу и ничего не спрашивать? Все в Ледоморе живут так и не задают лишних вопросов!

— Значит, им есть что скрывать? – спросила я, сощурив глаза.

Браун закатил глаза и произнёс со вздохом:

— Видимо, надо объяснить, почему я тогда так сказал, чтоб ты не выдумывала себе лишнего. Ты же знаешь, как предназначение Озарённых перешло к семье Эвенвудов?

— Да, – кивнула я. – До нас предназначение висело на семье Хансенов. Когда отец семейства скоропостижно скончался, подъём должен был совершать Андерс – его единственный сын. Он совершил три или четыре подъёма и тоже умер. Так как наследников в семье Хансенов не осталось, Снежный бог перекинул эту обязанность на другую семью – на мою, посчитав нас идеально подходящими.