Книга Злая: Детство, страница 78 – Грегори Магуайр

— Доверься мне и вступай по сигналу. Иначе, девочка моя, обещаю, ты сильно пожалеешь.

Когда за углом музыка на лугу на миг обрывается, и становится слышен шумный гомон толпы, Фрекс кивает. Эльфи начинает петь.

— Громче, – велит он. – Ты должна созвать людей.

Она машет рукой на пустую площадку перед верандой – мол, зови не зови, никого нет.

— Громче, – повторяет он.

На переходе ко второму куплету, когда мелодия гимна поднимается на тон выше, голос Эльфи вдруг взлетает на ещё большую высоту. Оказавшись в удобном регистре, он льётся из её горла более естественно. Жёсткое платье матери удерживает её на месте, не давая сбежать, – даже когда несколько жителей Оввельса выглядывают из-за угла посмотреть, что за человеческое создание издаёт эти сладостные переливы.

Когда Эльфи замолкает, Фрекс быстро возносит молитву Божеству – не упоминая, какому именно. И тут же делает знак рукой: продолжай! Первое, что приходит ей на память, – нелепая считалка, перечисление зверей, которую няня из года в год гнусавила в своей палатке им троим: Эльфи, Нессе, а потом и Панци.

Неважно, что текст у песни совершенно не духовного содержания. Рифмованные слоги приятно звенят в воздухе, мелодия бойко меняет ритм. Народ постепенно подходит ближе. А Фрексу только этого и надо. Наконец он начинает закрепляться в Оввельсе, а Эльфи служит ему своего рода духовной приманкой, услаждая слух публики. То, что это происходит именно в дни праздника Сэент, выглядит не только уместным, но даже отчасти пророческим.

42

В ту же неделю Фрекс официально объявляет о своей миссии жителям Оввельса. Они приходят его слушать: возможно, им льстит его внимание, или они просто вежливы. В любом случае он достаточно проницателен, чтобы уловить, чего они жаждут, и дать им именно это. Он позиционирует себя как провозвестника перемен.

Он подробно рассказывает им о предстоящих трудностях. Ведь хитроумные квадлинги наверняка видят, что мир рушится, теряет опоры? Жители Оввельса не могут отрицать нарастающую угрозу своему укладу.

Старые обычаи в опасности, почтенные предки безмолвствуют в ужасе.

Сначала – невиданная доселе находка, корунд в кальците: Рубиновая Угроза! Множество плантаций зеленного жемчуга опустошает разработка придонных залежей корунда, погребённых под толщей воды.

Кроме того, хватка Изумрудного Города на провинции сжимается всё крепче. Вот она, проклятая дорога. Аркан, петля из жёлтого кирпича, нарочно сооружённая, чтобы задушить старые порядки, утверждает Фрекс. Далёкие властители оплачивают вторжение в Край Квадлингов, наводняя собственный внутренний рынок рубинами, добытыми ценой разрушения квадлингского исконного уклада.

Нет, он не такой, как военные из правительства Волшебника; он, как и квадлинги, в некотором смысле противостоит им. Он пришёл научить их новому способу противостоять внешним силам, что давят на них из-за болот. Его божество скрывается за завесой парадоксального имени – Безымянный Бог. А местные духи квадлингов, если их и почитают как духов, туманны, эфемерны. Прискорбно бессильны. Предки ушли в туман и не вернулись. Волнения и Всплески, как их зовут, древние хранители-оборотни: столь же ненадёжные в смерти, как и при жизни. Где они теперь, когда так нужны?

Одним словом, жители Оввельса готовы к обращению в веру. В них нарастает потребность верить в нечто неколебимое, постоянное.