Книга Злая: Детство, страница 117 – Грегори Магуайр

И Эльфи видит – это, скорее всего, правда. Тропа идёт под уклон, они, спотыкаясь, спускаются вниз. По обе стороны от них постепенно сгущается старый дикий лес.

Фрекс бормочет:

— Очень надеюсь, что сегодня обойдётся без незваных крокодрилусов.

— Так они все перемёрли с тех пор, – фыркает Буззи, но весело добавляет: – Хотя если твой безымянный бог и впрямь так могуч, глядишь, после твоего покаяния он их и воскресит.

Они продолжают путь в тишине, и чем дольше тянется молчание, тем более неприязненным оно становится и тем меньше у путников желания его прервать.

У паромной переправы – если её можно так назвать – сидят на корточках трое мужчин: бросают кости и курят. При виде Буззи они поднимаются на ноги. Одного из них она называет Тиимит и представляет миссионерам как своего мужа. Фрекс не подаёт виду, что они когда-либо были знакомы. Тиимит столь же невозмутим. Обоюдная осторожность. Буззи, строго отругав мужа, требует от него бросить азартную игру и отвезти их в нужное место вниз по реке, в этих местах – мелкой и ленивой.

— Нам надо к мангровым зарослям, – говорит она Тиимиту.

— Плот, – бледнеет Эльфи – насколько она вообще может побледнеть. – Даже не лодка с бортами?

— Ох, ну да, ты же от сырости шарахаешься. Но этот плот вроде высокий.

— Недостаточно высокий, – с отвращением возражает Эльфи. Она отказывается подниматься на борт такого низкого судёнышка. Фрекс настаивает. Тогда приносят табурет, и Эльфи садится на него, поставив ноги на перекладину. Тонкие извилистые струйки речной воды бегут по доскам. Эльфи, затаив дыхание, пытается продержаться до конца дороги, производя в уме математические вычисления.

По воде путь занимает недолго, едва ли полчаса. Вскоре они высаживаются на другом берегу, в просвете мангровых зарослей, достаточно широком, чтобы вытащить плот.

— У крокодрилусов этих так спина устроена, – сообщает Буззи, махнув рукой на причудливую фрактальную систему корней и стеблей. – Умно. Прикинется вот такой мангровой рощей и поджидает, пока мимо поплывёт готовый ужин.

Тиимит остаётся с плотом, остальные идут вглубь суши. Фрекс начинает беспокоиться:

— Не может такого быть, чтобы клан Черепашьего Сердца был здесь всё это время с самого начала моего служения в Краю Квадлингов, и ты мне даже не сказала?

Буззи пожимает плечами.

— Да нет, конечно. Наши люди кочуют: встанут лагерем – и снимутся, уйдут – и снова где-нибудь встанут. Это расхитители рубинов всех будоражат. Этот клан поселился тут только год назад. Ну, в этот раз, но они и раньше здесь бывали.

Они взбираются вверх по склону, вдоль мелового уступа, сквозь рощицу чахлых молоденьких дубков, и снова спускаются вниз – к небольшому поселению. На бамбуковых помостах, поднятых фута на четыре над землёй, стоят шатры.

— Земля ещё сердита, – объясняет Буззи. – Порой заливает всё старой водой, чтоб показать характер. Так что чем выше, тем лучше.

— Я только за, – бормочет Эльфи. – Лучше всего было бы на вершине горы.

Буззи велит им подождать, пока она договорится о знакомстве. Когда возвращается, вид у неё слегка захмелевший: её высокий лоб делается красновато-бурым.

— Не знаю, каким чудом это получилось, – говорит она, – но особа, которая помнит Черепашье Сердце – вашего или кого другого, – согласна с вами встретиться. Ненадолго. Вы подношение-то принесли?